– Вы удивительное создание, – говорит мужчина. – Неужели вам никогда не приходило в голову, что вы живете в двух мирах и ни один из них не реален?
– В двух мирах? Милый, миров тысячи! И все настолько реальны, насколько ты пожелаешь. Уж мне ли не знать: вся моя жизнь прошла между ними. Ни один из них не реален, но, когда попадаешь внутрь, это перестает иметь значение.
Мужчина кивает. Не в знак согласия с Талом, а в ответ на какие-то свои собственные мысли. Он подзывает официанта, просит счет и оставляет кучку банкнот на маленьком серебряном подносе.
– Уже поздно, а завтра утром у меня очень важные дела.
– И какие же это дела?
Мужчина улыбается сам себе.
– Вы второй, кто задает мне сегодня этот вопрос. Я работаю в информационном управлении… Спасибо за то, что согласились разделить мое общество: сегодняшний вечер, поведенный с вами, доставил мне огромное удовольствие. Вы действительно во всех отношениях удивительный человек, Тал.
– Вы не сказали, как вас зовут.
– Да, по-моему, не сказал.
– Очень по-мужски, – говорит Тал, поспешно семеня за собеседником на улицу, где тот уже размахивает рукой, пытаясь остановить такси.
– Можете звать меня Хан.
Что-то изменилось. Тал чувствует перемену, когда садится на заднее сиденье «Марути». В «Банановом клубе» человек по имени Хан нервничал, стеснялся, комплексовал. Даже в ресторане он не совсем освоился. Но что-то в рассказе Тала изменило его состояние и настроение.
– После полуночи я не езжу в Белый форт, – говорит водитель.
– Я заплачу втройне, – говорит Хан.
– Постараюсь подвезти вас как можно ближе.
Хан откидывается на засаленную подушку сиденья.
– Знаете, это ведь на самом деле отменный ресторанчик. Владелец прибыл сюда лет десять назад с последней волной курдской диаспоры. Я… помог ему. Он открыл заведение, и дела пошли хорошо. По-моему, он тоже человек, оказавшийся между двумя мирами.
Тал почти не слушает, задремав от выпитого арака. Ньют прислоняется к Хану в инстинктивном поиске тепла и надежной опоры. Лицо Хана приближается. Ньют издает приглушенный вскрик, Хан в испуге подается назад. Фатфат резко останавливается посередине шоссе. Ньют распахивает дверцу машины и выскакивает на дорогу, толком не понимая, что делает.
Тал бежит.
Тал останавливается. Стоит, положив руки на бедра, тяжело дышит. Хан все еще возле такси, старается разглядеть фигуру Тала сквозь яркий свет фар; безуспешно пытаясь перекричать рев автомобилей, он зовет ньюта. Тал с трудом подавляет рыдание, все еще чувствуя запах крема после бритья Хана. Дрожа, Тал выжидает еще несколько минут, а затем начинает голосовать. Сарисин-ди-джей играет «Микс для ночи, обернувшейся кошмаром».
Новый день – новый расклад. Все, появившиеся сегодня под сенью Центра научных исследований Ранджита Рэй, начиная от дворников и кончая директором, заметно нервничают. Впрочем, не так сильно, как новоиспеченный и совершенно не готовый к своей миссии генеральный директор, думает Вишрам Рэй, когда его автомобиль с почти осязаемым хрустом проезжает по гравию дорожки. Вишрам осматривает манжеты на руках, поправляет воротник.
– Тебе следовало бы надеть галстук, – говорит Марианна Фуско.
Она сдержанна, холодна, безупречна.
– Я навсегда отказался от ношения галстуков в этой жизни, – отвечает Вишрам, глядясь в крошечное зеркало в подголовнике водителя и приглаживая волосы. – К тому же, любой историк моды объяснит тебе: единственная цель галстука состоит в том, чтобы постоянно указывать на член его обладателя. Что само по себе не очень согласуется с индуистской традицией.
– Вишрам, на твой член указывает абсолютно все.
Вишраму кажется, что, открывая дверь, он слышит хохоток водителя.
– Не бойся, я рядом, – шепчет Марианна Фуско на ухо Вишраму, когда он с серьезным видом поднимается по ступенькам.
У него в голове включается хёк. Мгновение тонкой пелены, пока сарисин стирает всякую ерунду и отфильтровывает рекламу. Вишрам идет по направлению к директору, протянув руку для приветствия. Яркие буквы синего цвета у него перед глазами:
Остальную информацию Вишрам отключает.
– Господин Рэй, добро пожаловать в наше отделение компании.
– Мне очень приятно побывать у вас, доктор Сурджит.
На самом деле оба играют роль.
– Прошу простить, мы не совсем готовы к приему столь важного гостя, – говорит Сурджит.
– Я готов еще меньше.
Кажется, шутка удачная. Но тогда они смеялись бы, верно? Доктор Сурджит поворачивается к руководителям отделов.
