– Совершенно верно! Совершенно верно! Она, естественно, будет течь от верхнего к нижнему. И мы сможем выкачивать эту бесконечную энергию.
– Вы сперва найдите эту вашу вселенную.
– Мы ее уже давно нашли. Обычная копия теоретической М-звездной структуры нашей собственной вселенной. Там больше гравитация и константа расширения. Следовательно, в сжатом пространстве-времени сконцентрировано больше вакуумной энергии. Совсем маленькая вселенная – и не слишком далеко.
– Мне показалось, вы упомянули, будто вселенные находятся внутри или вокруг друг друга.
– Топологически – да. В данном случае я говорю об энергетическом расстоянии, о том, до какой степени необходимо искривить структуру нашей вселенной, чтобы приспособить ее к геометрии той, другой. В физике в конечном итоге энергия – это всё.
Прежде всего надо искривить мозги, думает Вишрам.
Соня Ядав решительным жестом ставит пустую рюмку на клетчатую скатерть, немного подается вперед и, глядя прямо Вишраму в глаза так, что он не может противиться воздействию физической энергии ее взгляда, лица, тела, говорит:
– Пойдемте со мной. Пойдемте – и вы увидите!
После Глазго Бхаратский университет в Варанаси кажется необычайно чопорным. Никаких набухших от дождя полистиреновых тарелок с жареной картошкой, стаканчиков из-под пива, блевотины, в которую в темноте то и дело норовишь угодить. Никаких звуков совокупления из учебных аудиторий и мочеиспускания – из кустов. Ни единой пьяной фигуры, вырастающей вдруг со смачным ругательством где-то на периферии вашего зрения. Нет и стаек полуголых девиц, которые разгуливают, взявшись за руки, по пыльным, пожухлым лужайкам. Первое, что здесь бросается в глаза, – это обилие охраны, несколько преподавателей на больших старомодных велосипедах, звуки одиноких радиоприемников и ощущение сурового комендантского часа, исходящее от всех факультетских зданий и студенческих общежитий.
Водитель едет к единственному освещенному месту. Здание отделения экспериментальной физики представляет собой похожее на орхидею архитектурное творение из светящегося пластика и изысканных и смелых пилонов. На мраморном цоколе значится «Центр физики элементарных частиц Ранджита Рэя». Где-то там, за этим изящным, эстетским архитектурным фасадом, сокрыто устрашающее чудовище – лазерный ускоритель.
– Да уж, мой отец был человеком разносторонним, – говорит Вишрам после того, как охранники пропускают их в вестибюль. Его лицо уже хорошо здесь известно.
– Он ведь не умер, – замечает Соня, и Вишрам вздрагивает.
Коробка лифта, расположенная в конце вестибюля, уносит их вниз по шахте в самое логово зверя. Да, сравнение с мифическим левиафаном или с всепожирающим червем, свернувшимся кольцами под Сарнатом и Гангом, кажется подходящим. Сквозь наблюдательное окошко Вишрам смотрит на электрические устройства, каждое размером с корабельный двигатель, и пытается представить, каким образом частицы материи здесь заставляют соединяться в странные и противоестественные сочетания.
– Когда мы запустим его на полную мощность, вон те сдерживающие магниты создадут поле такой силы, что оно будет способно высосать весь гемоглобин из вашей крови, – говорит Соня.
– Откуда вы это знаете? – спрашивает Вишрам.
– Если уж вам надо знать, мы провели испытания на козе. Пойдемте дальше.
Соня Ядав ведет Вишрама по бетонным ступенькам к герметически закрывающейся двери. Быстрая проверка со стороны охраны, и дверь открывается.
– Мы что, отправляемся в космос? – спрашивает Вишрам, когда за ним закрывается люк.
– Это просто устройство сдерживания.
Вишрам полагает, что ему не нужно знать, что оно сдерживает, и потому решает отшутиться:
– Я знаю, что мой отец богат – точнее, был богат, – и знаю, что есть богачи, которые покупают самолеты, и богачи, которые покупают острова, но богачи, покупающие собственные ускорители элементарных частиц…
– Деньги вкладывал не только он, – говорит Соня.
Внутренний люк поворачивается, и они входят в непримечательного вида бетонированный кабинет, залитый ослепительным неоновым светом. Молодой бородатый мужчина сидит в кресле, положив ноги на стол, и читает вечернюю газету. У него есть промышленного стандарта термос с чаем и пластиковая чашка. Из динамиков, присоединенных к компьютеру, доносится классическая бхангра [51].
Заметив поздних посетителей, мужчина вскакивает с кресла.
– Соня, извини. Я не знал.
– Деба, это…
– Я знаю, очень приятно с вами познакомиться, господин Рэй. – Мужчина чересчур эмоционально трясет Вишраму руку. – Итак, вы пришли взглянуть на нашу маленькую вселенную?
За второй дверью располагается маленькая бетонная комнатенка, в которой посетителям тесно, как долькам внутри апельсина. Тяжелая стеклянная панель находится где-то на уровне головы Вишрама. Он прищуривается и пристально всматривается в стекло, но ничего разглядеть не может.
