Аж стоит перед линией наступающих боевых роботов. Она опускается на одно колено. Аппараты находятся на расстоянии всего нескольких метров, нескольких мгновений от нее, – уже слышно посвистывание их смертоносных струн. Девушка поднимает левую руку ладонью вперед. Атака роботов внезапно прекращается. Сначала по одному, затем по двое, наконец десятками они убирают оружие и медленно складываются в переходную сферическую форму. Тогда бхаратец бросается к девушке, утаскивает ее, и солдаты с огнеметами открывают огонь. Лалл тоже подбегает к Аж. Она дрожит, слезы катятся по измазанному сажей лицу, а в руке по-прежнему стиснут кожаный ремень маленькой сумки.
– У кого-нибудь есть простыня или что-нибудь в этом роде?.. – спрашивает Лалл, когда солдат проводит их сквозь ряд автомобилей.
Откуда-то появляется станиолевая ткань, обычно используемая в космосе, и Лалл накрывает ею плечи Аж. Солдат отходит в сторонку: он видел, как сарисины били по вертолетам и роботам, но
А ты делаешь успехи, думает Лалл, ведя девушку к транспортам мобильной группы. Всем бы нам так.
Кулаки всех пяти трупов подняты в воздух. Господин Нандха на своем веку повидал много жертв пожаров и прекрасно понимает, что причина тут в биологии и температуре. Однако более древние пласты восприятия, сформировавшиеся до эпохи Просвящения, рисуют перед его глазами картину жестокой борьбы с джиннами огня.
Квартира закопчена, а в воздухе летает пепел от сгоревших полимеров: это остатки практически испарившегося компьютерного корпуса. Опускаясь на кожу господина Нандхи, пепел становится мягким черным налетом. Чтобы пластик превратился в углеродную сажу такой консистенции, необходима температура более тысячи градусов.
Варанаси, город-крематорий.
Работники морга застегивают молнии на черных мешках. С улицы доносится сирена. Пожарники разъезжаются. Теперь здесь хозяйничают представители юридических контор и Министерства. Молодые репортеры проходят мимо господина Нандхи, толкая его, и начинают перевод видеоинформации на свои палмы. Он здесь на чужой территории. У господина Нандхи есть очень эффективная методология: простое наблюдение и работа воображения могут дать ему гораздо больше, чем самые современные и изощренные методы криминалистов.
Первые ощущения, которые вызывает у него место преступления, – обонятельные. Коп Кришны чувствует запах горелого мяса и маслянисто-удушающую вонь расплавившегося пластика из лобби. Вонь преступления настолько сильна, что она почти полностью перебивает информацию от других органов чувств. Господину Нандхе приходится сосредоточиться на запахах, чтобы попытаться составить на их основе более или менее полное впечатление о происшедшем. Он ищет скрытые намеки, противоречия, мельчайшие несоответствия, способные подсказать, что здесь произошло. Какие-то проблемы с электричеством в компьютерной сети, сразу предположил пожарный следователь. Сможет ли господин Нандха унюхать в этом миксе безошибочно узнаваемую нотку того самого электричества?
Следующий орган чувств – зрение. Что он увидел, войдя сюда? Двойные двери, сломанные пожарными, обычные входные двери обычной квартиры. Внутренняя – из тяжелого зеленого металла, запертая на несколько замков и на засов, запоры взломаны опять-таки пожарными.
Они что, не могли открыть изнутри? Стали жертвой собственной системы безопасности? Краска на внутренней стороне второй двери сгорела, там только почерневший от огня металл. Дальше. Короткий коридорчик, гостиная, спальни, которые они использовали как дата-центр. Кухня: скелеты настенных шкафчиков, меламин облупился, но панели сохранились. ДСП выжила. Пепел и черная сажа, одно переходит в другое. Оконные стекла лопнули, и осколки рассыпались по комнате. Резкое падение давления? Должно быть, огонь почти задушил сам себя. Но люди скорее всего задохнулись до того, как разбились окна, а свежий приток кислорода с новой силой разжег пламя. Обмылки компьютерных дисков вплавились друг в друга. Викрам спасет то, что еще можно спасти.
Теперь слух. В этом здании обитают около трех тысяч человек, но тишина на сгоревшем этаже абсолютная. Не слышно даже обычного чириканья радиоприемника. Пожарные убрали ограждения, но жильцы не торопятся возвращаться в квартиры. Ходит слух, что пожар был местью авадхов за резню у шатабди. Соседи поняли, что происходит, только когда стены нагрелись и начала вздуваться краска.
Осязание. Копоть и сажа в воздухе. Черная паутинка плавно опускается на рукав господина Нандхи. Он собирается стереть ее, но потом вспоминает, что она на десять процентов состоит из человеческого жира.
Пятый тест – вкусовой. Господин Нандха научился этому методу у кошек: раздуваются ноздри, слегка приоткрывается рот, и воздух проходит по нёбу. Конечно, смотрится далеко не элегантно, но срабатывает великолепно как для маленьких охотников, так и для Копов Кришны.
– Нандха, что вы там делаете?
Патологоанатом Чаухан запаковывает предпоследний труп и клеит ярлык на пластиковый мешок.
