— Итак, этот день настал! — сказал тот, кого звали Киришган. — Я так и подумал, как только увидел ваше лицо.
— Что вы имеете в виду? — спросил Пазел. — Я думал, что мне нужно только выпить три глотка этого вина в течение трех часов.
— Для исцеления нужно немножко больше, — сказал Киришган, снова улыбаясь. — Пойдемте, и я попробую объяснить.
Он направился по дорожке через Большой Зал. Присутствующие наблюдали за происходящим, словно зачарованные; некоторые тихо бормотали слова приветствия. Гобелены уступили место окнам, и Пазел понял, что они находятся уже не внутри горы, а в той части храма, которая выступала над берегом озера, подвешенная на титанических балках. Они поднялись по короткой лестнице, прошли мимо огня, пляшущего в медном сосуде, и сели на ковер в маленькой застекленной нише; под ними расстилалось бурное озеро. Ветер стонал и дребезжал в окнах, и, несмотря на огонь, стекла были покрыты инеем.
— Укус медета редок, — внезапно сказал селк, — потому что он никогда не происходит случайно. Есть две возможности. Паук укусил вас, чтобы вы могли ослепнуть и остаться среди нас до конца своих дней. Или паук укусил вас, чтобы вы могли навестить нас, вылечиться и, возможно, получить что-то еще в придачу.
Васпархавен больше, чем кажется снаружи, и, хотя большинство его залов открыто для всей общины, некоторые закрыты и неприкосновенны. Из них самым священным является Этаж Эха. Никто туда не ходит, кроме Мастера-Рассказчика и особой группы, которую мы называем Актерами. Иногда, очень редко, туда допускаются нуждающиеся путешественники. Актеры живут на Этаже в течение девяти месяцев — никогда не выходя, даже не разговаривая со своими собратьями снаружи. Для тех, кто посвятил себя Ордену, это привилегия, предоставляемая только раз в жизни.
— И ваш Мастер посылает меня туда? — воскликнул Пазел. — Зачем?
— Не могу сказать, — ответил селк, — но я рад, что вы пришли. Три года я прожил в Васпархавене. Когда я пришел, усталый и замерзший, я думал только о том, чтобы переночевать, но Мастер велел мне оставаться до тех пор, пока не откроется более глубокая цель моего визита.
— Значит, это она и есть?
— Увидим — сказал Киришган. — Существует старое правило, касающееся Этажа Эха: любой, кто ступит на него, должен покинуть его через проход, выходящий из Васпархавена, и не возвращаться в течение девяти лет, по меньшей мере. Мастер объявил, что я должен посетить Этаж; следовательно, мое время здесь подошло к концу.
Послушник принес поднос с дымящимся чайником и двумя чашками, и Киришган налил каждому из них по чашке ароматного чая. Пазел с радостью ее взял: хорошо, когда есть чем согреть руки.
— И вы не возражаете, что вас отсылают? — спросил он.
— Возражаю? — засмеялся Киришган. — Напротив. Жизнь здесь богата настолько, что я даже не надеюсь ее описать. Но я стал беспокойным. Друзья ждут меня как по всей империи, так и за ее пределами. Я сомневаюсь, что когда-нибудь снова познаю тот покой, который обрел в Васпархавене. И все же я пришел сюда, чтобы исцелиться и учиться, а не убегать. Искусства, которые я изучал здесь, рассказывают мне о роке, который надвигается на Алифрос, собираясь подобно второму Мировому Шторму. Я буду бороться с этим штормом и с теми, кто разжигает его своей ненавистью. Мне не терпится возобновить свои путешествия.
— Мы совсем не горим желанием идти, — сказал Пазел, — но мы должны, и как можно быстрее.
— Вы близки к сердцу этого рока, — сказал Киришган. — Вы, ваша группа и те неприятные трое, которые пришли раньше. И прежде всего та, кого вы называете Ташей. Я никогда не испытывал более сильного трепета от проходящей души! Кто она такая, Пазел?
Пазел с беспокойством посмотрел на него. Ему сразу понравился этот Киришган, но что с того? Их предавали так много раз, и обстоятельства его визита в этот храм были, мягко говоря, странными.
Он подыскивал какой-нибудь уклончивый ответ, когда, вздрогнув, заметил, что его правая рука холоднее, чем все остальное тело. Он положил руку на чайник, но лишь смутно ощутил его тепло.
— Пожалуйста, — сказал он, — а как насчет лекарства?
— Вторая часть будет дана вам в ближайшее время, — сказал Киришган. — Третью вы должны найти на Этаже Эха. Но бесполезно считать минуты, Пазел. Расскажите мне о себе! Шестьдесят лет прошло с тех пор, как я в последний раз встречал пробужденного человека, и в десять раз больше с тех пор, как я встретил человека с Севера. Давайте поделимся тем, чем можем, пока звучит музыка.
