Если на директора Биткова свалилась напасть в лице националистически настроенных «засланцев», то Тамару Петровну осенила благодатью пришествия муза во плоти.
Хмурым осенним днём в её кабинет ворвалась возбуждённая дама в экзотическом одеянии. На лбу дамы красовалась тесёмка, наподобие той, что древнеславянские гусляры перехватывали волосы. Платье её походило на хламиду с помойки, видимо с претензией на глубокую старину. Глаза горели шизоидным блеском, ноздри раздувались, как у кобылицы.
– Почему мои дети получают двойки? – минуя правила приличия и без вступлений возопила дама.
– А почему ваши дети получают двойки? – невозмутимо ответила вопросом на вопрос Тамара Петровна.
– Почему МОИ дети получают двойки? – ещё визгливее проверещала дама в хламидах.
– Простите, но я не знаю, почему ВАШИ дети получают двойки?
– Мои дети учатся у вас.
– У нас или у меня лично.
– У вас и у вас лично.
– Ваши дети учатся у меня и ещё раз у меня лично. Хорошо. А кто вы?
– Вы не знаете, кто я?! – ноздри дамы приготовились извергать гневный пламень. Подбородок взметнулся вверх. Глаза устремились в безграничную высь небесного свода, но упёрлись в оштукатуренный потолок, засиженный мухами. Тамаре Петровне давалась возможность «прозреть» и в этом священном прозрении пасть ниц перед «чудесницей». Время шло, прозрение не наступало.
– Я Леонида Лари! – торжественно объявила кобылица в хламидах.
– А я Тамара Федосян! – не менее торжественно отвечала Тамара Петровна.
– Я поэтесса Леонида Лари!
– Я завуч Тамара Федосян!
Тамара Петровна не любила цирк, но обожала клоунов.
– Я великая поэтесса Леонида Лари!!!
Тамара Петровна раскрыла журнал на столе, перелистала его и сообщила:
– Да, действительно, ваши дети учатся у меня и ещё раз у меня.
– Так почему мои дети получают двойки. У ВЕЛИКОЙ поэтессы дети не могут плохо учиться.
– Почему?! – искренне удивилась завуч.
– Потому, что я ВЕЛИКАЯ поэтесса!!!
«Великая Лари» сияла величием собственного величия.
– Так почему они получают двойки? – не унималась «соль молдавской нации».
– Потому что они тупые, – по-ленински просто ответила завуч и добавила: – Как говорил Ромэн Ролан: «Честность – вот истинная красота».
– Вы за это расплатитесь! – пригрозила националистка с нацистским уклоном.
– Поплатитесь, – поправила завуч. – На русском языке правильно – поплатитесь.
Гневные искры из глаз. «Испуганное» дребезжание стекла в оконной раме от громко хлопнувшей двери.
– Кто эта разгневанная фурия? Она едва не сбила меня с ног, – в кабинет вошла Елена Валерьевна, поправляя на голове сбивший «котелок».
– Работница на территории или «кровавая дворничиха», – ответила Тамара Петровна, прикуривая тонкую сигарету от спички. – Та самая нацистка Лари, что призывает соплеменников «мыть улицы русской кровью».
