Оказавшись лицом к лицу с Игорем Николаевичем, главный редактор опешил. Не поминай нечистого к ночи, подумалось ему. Бородка с усами и брови кисточками, вот это типаж! Куда меня привезли? Спиртное благотворно подействовало на нервную систему. Без паники. Сейчас выясним. Арнольд Казимирович подал руку и представился. Затем осведомился:
– С кем имею честь?
Президент удивлённо вскинул брови и посмотрел на помощника. Тот пожал плечами.
– Игорь Николаевич, – представился хозяин кабинета, – президент.
– Вот как! – искренне восхитился Арнольд Казимирович, – вы тоже президент. Куда ни приедешь – везде президенты. А где тот, другой, как его, – напряг память главный редактор, – да, вспомнил, Мирча Иванович?
Игорь Николаевич нахмурился.
– Там, – махнул он на северо-запад.
В сущности Арнольда Казимировича вовсе не заботило, кто уже стал или ещё только собирается стать президентом, царём, генсеком или папой римским в республике, стране, на континенте или в целой империи. Их уже столько перебывало всяких разных, что всех и не упомнишь. Да и не обязательно. Это только говорят, мол, в его правление ввели сухой закон или поменяли конституцию, или посадили полстраны, ну, или ещё что-нибудь натворили. На самом деле не ОН, а за НИМ стояли и вводили, меняли, сажали, в общем «руководили». А ОН являл собой верстовой столб, ориентир, с тем, чтобы гражданка или гражданин через сто, двести, через энное количество лет, листая исторические сочинения, не заблудился в цифрах, а мог запомнить событие, связанное с правлением очередного руководителя. Спросить, например, первого встречного на улице, в каком году родился царь Иван Грозный? Один из ста, может быть, и ответит правильно, так это в России. А где-нибудь на Гавайях, или в лесах Гондураса никто о таком не слыхивал. Или, если всё-таки отыщется умник, то вероятнее всего вспомнит про ураган «Иван Грозный», но в каких широтах и когда он бушевал – это, извините, вопрос к учёным. Не было бы Ивана Грозного, жизнь на Руси превратилась бы в рай на земле? Или не стоял бы у власти президент Трумэн, американцы не сбросили бы атомные бомбы на головы японцев? Или человечество не ступило бы на Луну, не родись Нил Армстронг? Как бы то ни было, для Арнольда Казимировича не существовало авторитетов. Всё в мире взаимозаменяемо, – считал он. Ничего нет постоянного. Мировая история только за одну среднюю человеческую жизнь меняется и пополняется до такой степени, что даже специалисты с докторскими степенями с трудом способны рассказать, какое главное событие произошло в Конго или Гватемале, скажем, пятьдесят шесть лет назад. А уж назвать поимённо «знаменосцев» освободительных движений в развивающихся странах – не смешите. Для главного редактора возня с распадом СССР означала «волны в тазике». Все в одночасье стали не царями и не князьями даже, что больше вписывалось бы в исторический контекст, а президентами. Американцев понять можно, страна молодая, королей-принцев, царственных особ испокон не водилось. И потом, добиваясь равноправия для всех и суверенитета в целом от Британской короны, противоестественно было бы водружать на голову корону тому же Линкольну. А в России, стране с традициями, с богатой историей, на тебе – президент. Звучит и смотрится во всех отношениях забавно. Президент Иван Грозный. Царь Жорж Буш. Немцы же не стесняются называть своего «главного» канцлером. А мы чего? Царь Михаил или Царь Борис! Звучит?! Князь Игорь, это Арнольд Казимирович мысленно перекинулся на местную власть. Или господарь Мирча. Тоже ничего. Во всяком случае, не запутаешься, к кому едешь в гости. По большому счёту все вы клоуны и царьки «банановых республик», – закончил свои размышления главный редактор.
– Вы кто? – спросил Игорь Николаевич гостя.
– Арнольд Казимирович, – и дополнил, – главный редактор «Лесной промышленности».
Президент снова переглянулся с помощником.
– Ты кого привёз? – спросил он.
– Нам сообщили: «журналист из Москвы» – мы привезли, – залопотал оправдания помощник и знаком подозвал охрану.
– Оставьте его, – приказал Игорь Николаевич. С чего бы это сам главный редактор московского журнала пожаловал к Мирче? – Присаживайтесь.
Они уселись друг против друга на стулья, обитые зелёным ситцем. Их разделял ореховый столик на четырёх гнутых ножках, сервированный коньяком в хрустальном графине, двумя хрустальными фужерами и нарезанным в блюдце лимоном.
На правах хозяина Игорь Николаевич ухаживал за гостем. Выпили за знакомство. Арнольд Казимирович не испытывал неудобства. С каждым глотком живительной влаги он ощущал прилив сил и с готовностью отвечал на вопросы президента. Главный редактор честно признался, что их встреча – чистое недоразумение. Это судьба, – возразил Игорь Николаевич. – Так говорите, вы направлялись принять участи в археологических раскопках. – Совершенно верно, – Арнольд Казимирович без утайки поведал историю о зарытом в стародавние времена хрустальном черепе. По правде говоря, чушь несусветная. Это мой старший сын… Главному редактору не дали договорить про старшего сына.
