Но этот кот-подросток не уходил. Когда Коля открыл ворота, котенок деловито и вместе с тем воспитанно перепрыгнул порог, а затем, не отставая, но и не выходя вперед, направился за Колей через двор в дом, к лестнице. Даже здесь он не стал задерживаться, вынюхивая углы: опасливо покосившись на чучело лося, котенок поспешил вслед за Колей на второй этаж.
– Ну что мне с тобой делать, Серобел?.. – Коля провел пальцем от серого кошачьего носа к белому лбу.
Только сейчас он заметил, что котик был больной. На темной лестнице было все же светлее, чем на улице, и Коля увидел, что из носа котенка капает слизь с примесью крови. Когда тот вдыхал, к мурчанию добавлялись глухие хрипы, рыхло прокатывающиеся в легких. Коля присел на корточки – котенок мгновенно запрыгнул к нему на колени и поспешно свернулся клубком, боясь, что его прогонят.
– Я не могу тебя взять. Бабушка не разрешит.
Но все же открыл дверь и впустил кота в коридор. Тот послушно сел рядом, посчитав, видимо, наглостью идти дальше.
– Подожди, пока я масло отнесу.
Когда Коля вернулся, котенка не было. Заметив приоткрытую дверь в бабушкину комнату, мальчик вошел туда и обнаружил, что кот уже расположился на расстеленной кровати и уютно спит. Кровянистая слизь пузырями выдувалась из ноздрей и лопалась, забрызгивая пахнущий стиральным порошком пододеяльник.
– Погоди, Серобел, тебе нельзя сюда. Ты больной… Завтра отнесу тебя к ветеринару. А пока нельзя.
В грудной клетке Коли сжался и заныл густой комок совести, но он поднял котенка с кровати и, прихватив довольно новый кашемировый палантин, сложил его в мягкий квадрат у двери в коридоре. Он знал, что нельзя тащить больных уличных котов в чистую постель. Серобел с готовностью ступил на новое место серыми лапами в грязно-белых носочках и снова свернулся клубком.
У Колиной бабушки тоже жил кот. Тоже полосатый, только полностью серый, без белых пятен. Откормленный, с лоснящейся от здоровья шерстью. Он учуял гостя и выглянул из гостиной, ощетинившись и гневно расширив зрачки.
– Сильвер, смотри, это Серобел…
Коля робко взглянул на бабушкиного любимца и нагнулся к нему, чтобы взять на руки, но кот с отвращением отшатнулся и бросился бежать. В мятных глазах промелькнула обида, будто его предали.
– Никола-ай, ку-у-шать! – позвала бабушка.
Мальчик покосился на Серобела – тот спал.
Обычно, когда Коля садился за стол, Сильвер прыгал ему на колени – в надежде, что близкое расположение к тарелке поможет заполучить кусочек чего-нибудь вкусного. Кроме того, манящий аромат пельменей из домашнего фарша поднимал коту настроение. Но в этот раз Сильвер не пришел. Коля отыскал его под диваном и притащил, посадив на колени насильно. Как правило, Сильвер не был против, когда его брали на руки, но сегодня он тут же спрыгнул, раздраженно дернув хвостом и (Коле показалось, специально) сильно задев когтем его колено.
– Бабушка, там котенок…
– Какой еще котенок?!
– Там, в коридоре…
– Николай, что за ребячество! Отнеси его туда, где взял!
– Бабушка, он больной совсем… У него сопли с кровью… И хрипит. Может, машина сбила… Или вирус какой…
– Ты совсем не в себе, Николай! Зачем ты притащил больного – он Сильвера заразит! Это может быть болезнь, от которой и наш кот потом умрет! Вынеси на улицу сейчас же!
– Бабушка!.. Я завтра отвезу его к ветеринару.
– Нет, Коля! Мне и одного кота достаточно. Или ты его не любишь? Посмотри, Сильвер к тебе даже не подходит. Гладиться не дает!
Мальчик протянул к Сильверу руку, но тот снова увернулся и отскочил с разочарованием во взгляде.
– Я пробовал оставить его у ворот, но он не ушел. Ждал меня.
– Ничего не знаю.
Они молча поужинали. Коля попытался заняться своими делами, но из головы не выходили сразу два кота: один – любимый, домашний, который обиделся, и второй – который доверился ему, лег на колени, пошел следом, ждал, слушался…
Коля выглянул из столовой: Серобел по-прежнему спал в коридоре – там, где мальчик его оставил. Он подошел к коту, присел на корточки – и тот снова влез на колени. Обернув бездомного беднягу палантином, Коля отнес его в пустую отцовскую комнату (диван был сложен и не застелен: отец все еще был в Гатчине на выставке). Расстелив палантин на диване, мальчик оставил там мурчащего и сонного котенка и плотно затворил дверь. Затем взял тряпку и отбеливатель с хлоркой и как следует, на совесть, вымыл пол – так, чтобы оттереть все капли кровянистой слизи и убить все микробы. Побрезговав мыть тряпку, Коля решил выбросить ее, завернув в пакет. По дороге к мусорному ведру он подошел к Сильверу, но тот снова демонстративно повернулся спиной.
– Николай, ты вынес кота? Посмотри хоть на Сильвера, если мое мнение для тебя ничего не значит. Меня не любишь, так хоть Сильвера пожалей.
«Что же делать? Что же делать? Что же делать?..»
– Бабушка… Ну если кот прибился к дому – его нельзя прогонять. Так ты прогоняешь собственное счастье. Коты не приходят просто так, у кого хочешь спроси. Они отводят от дома беду. А этот еще и больной. Ему помощь нужна. Он мне доверился!
– Николай!..
