Чуть сдвинув мою ладонь, он сжал её. Тёплое прикосновение вернуло меня в реальность. Я мотнул головой, надеясь сконцентрироваться на тренировке.
– Прости, – буркнул я в ответ.
– Я же сказал – позади, – повторил Скэриэл и вновь сдвинул на рукояти мою ладонь, которую я, отвлёкшись, успел сместить. – А то всё давление будет на большой палец, от этого ты сильнее начнёшь сжимать рукоять и тогда не попадёшь в цель.
– Ага, – рассеянно ответил я, пытаясь сосредоточиться на том, о чём он говорил.
– За тетиву держись тремя пальцами, – раздражённо вздохнул он. – Готье, ты меня слышишь? Я сказал – тремя.
– Прости. – Я опустил лук и виновато посмотрел на него. – Не могу никак перестать думать об Оливере. Я зашёл вчера в эти чаты… и меня чуть не стошнило.
– Всё так плохо? – Скэр забрал у меня лук, видимо решив устроить перерыв.
– Чёрт побери, да! – выругался я. – Оливера травят. Обзывают то педиком, то безмозглой малолеткой. Смеются над ним: мол, что Бернард использовал его, а он за ним бегал как щенок. Обсасывают, кто с кем, когда и по сколько раз, боже правый. – Опустившись на диван, я поморщился.
– Как Оливер?
– Ни малейшего понятия. Он не отвечает на сообщения и звонки.
– А Оливия? Спрашивал у неё?
– Нет. – Я старался не встречаться взглядом со Скэриэлом. – Честно говоря, я не всё тебе сказал. Мы… мы с ней не ладим в последнее время. – Я зацепился пальцами за нитку, торчащую из обивки дивана, и принялся с ней играть. – Или это только я так думаю.
– Что-то произошло между вами?
Я неуверенно пожал плечами и провёл пятернёй по растрёпанным волосам.
– Сейчас меня больше волнует состояние Оливера. – И вновь я вернулся к торчащей нитке, нервно теребя её время от времени.
Мы ещё немного поговорили, и Скэриэл заверил меня, что всё устаканится: со временем люди найдут себе новый скандал и забудут об этом. Я знал, что он прав, но на душе кошки скребли. Перед глазами всё ещё стояло лицо Оливера в миг, когда он ответил на звонок отца. Бледный, разбитый, он с удвоенной силой пытался удержать телефон в трясущихся руках, словно сжимал раскалённое железо.
– Да, отец, – севшим голосом произнёс Оливер и кивнул. – Да, я понял.
Вскоре за близнецами приехала машина. Прощаясь на крыльце, я попросил Оливера по возможности отвечать на звонки – он заверил меня, что обязательно ответит, сел в машину и, скрывшись из виду, пропал как в воду канул. Полночи я читал сообщения в чатах; от ужаса волосы вставали дыбом, я сдерживался, чтобы не влезть в споры и не разругаться со всеми в пух и прах. Это бы только усугубило положение Оливера. Просто удивительно… в давний вечер, лёжа на моей кровати и жалуясь на Бернарда, он уверял, что даже
Они перемывали кости не только ему, но и Бернарду. Внезапно появилось много знакомых; двоюродные братья по маминой линии и троюродные сёстры по папиной, бывшие одноклассники, те, с кем он посещал один теннисный клуб или делил поле для гольфа каждое третье воскресенье месяца. Все они жаждали подлить масла в огонь. Выяснилось, что Бернард тот ещё негодяй: в начальной школе разрисовывал парты и стены, а в средней его ловили с сигаретами. Когда Бернарду было тринадцать, в его шкафчике обнаружились залежи порножурналов. Кто-то самозабвенно утверждал, что видел его недавно в Запретных землях в клубе. На вопрос: «А как ты сам оказался там, ведь несовершеннолетним вход воспрещён?» – информатор увильнул от ответа и вышел из чата.
Все внезапно стали очень близки кто с Оливером, кто с Бернардом, и у каждого был свой достоверный источник информации. Они обменивались сообщениями, скриншотами чужих переписок, пересказами слухов и голосовых сообщений, полных неимоверно глупых историй. Складывалось впечатление, что каждый пытался заполучить минуту славы. Следить за этим было противно, но я продолжал мучительную пытку.
В голове не укладывалось, как можно с чистой совестью плодить эти гадкие истории, обсасывая и раздувая каждую деталь. После очередного наиглупейшего предположения – о том, что Оливер падок на парней постарше, – я сгоряча написал гневное послание о том, что о них всех думаю, и, злясь в первую очередь на себя, вышел из чата. Нужно было с самого начала уйти и не вникать в этот первобытный хаос.
К обеду мы закончили со стрельбой. Внезапно я даже пару раз попал в цель.
– Получилось! – победоносно взревел Скэриэл.
– Новичкам везёт.
Честно говоря, стрелять из лука мне даже понравилось. Тут необходимо было отвлечься от лишних мыслей и сосредоточиться на правильной стойке и расположении рук. Если бы не тревога за Оливера, я бы смог сполна насладиться процессом.
