Вновь и вновь, вновь и вновь.
— Очешуеть! – услышали они голос Риммы за спиной. – Вот я тормоз-то! Ведь смотрела и не видела! Посмотрим другие ролики, да?
После операции по спасению Вселенной Майнис, Учитель добавил больше теоретических данных про всё это. И Александр, и Вероника читали “учебник обо всём” не отрываясь, и время от времени выглядывали в окно здешней карманной Вселенной.
— Получается, что такой вот слепок, ограниченная копия – идеальный способ что-то расследовать, – откинулся на спинку стула Александр. – Идёшь куда нужно, смотришь и изучаешь, если не понял – просто сдвигаешься вперёд в точке прибытия, и по новой.
Вероника покивала.
— Расспроси дядю Кубика, – посоветовала она. – Он так поймал – выследил – опасного преступника. Может даже, не одного.
— Серьёзно?!
— Куда уж серьёзнее. Только я этого не говорила – сам начни беседу и расспроси.
Александр покивал – сделав запись в своей тетради – и продолжил листать “учебник обо всём”. А там началась новая глава – “Фракталы и вариационное исчисление”.
— Как интересно! – покачала головой Вероника. – У меня такого не было пока.
— Так возьми и прочитай, – предложил Александр. Вероника только головой покачала.
— Ты ещё не понял? А... ну ты ведь не видел мой учебник. Вот, возьми, – предложила она. Александр взял её том, открыл на первой странице... пусто. Ничего – идеально ровная, белая страница. Пролистал дальше, вначале крайне аккуратно и осторожно, затем уже особо не церемонясь. Везде пусто.
— Только ты видишь текст в своём учебнике, только я – в моём, – пояснила Вероника. – Мера предосторожности. Но пока ты держишь учебник в руках, я могу читать заголовки. Остальное не вижу. Прервёмся? Ты уже третий час читаешь, сделай паузу.
* * *
...Основной обмен между сопряжёнными Вселенными – информационный. Определённые структуры в каждой из них способны вызывать изменения в структурах других Вселенных, и наоборот.
Получалось, если всё очень упростить, что структура мета-Вселенной, окружающего мира как целого, напоминает слоёный пирог. При этом, например, каждое живое существо с достаточно сложным устройством головного мозга “подключается” или формирует свои реплики в других Вселенных – и от того, насколько те реплики жизнеспособны, зависит и судьба живого существа.
Александр отложил учебник. Догадка начала формироваться; как все мало-мальски годные открытия, догадка выглядела безумной.
У каждого мыслящего существа со сложным мозгом... ну или у большого сообщества живых существ. Но что понимается под сложным мозгом? Первые попытки моделировать работу мозга предполагали, что это – аналоговый компьютер, который как-то помнит всё необходимое.
Но эта гипотеза не выдерживала серьёзной критики, после того, как начали строить модели по образу и подобию, те самые нейросети. Пусть даже в какой-то момент каждый рабочий экземпляр программы – нейронной сети – и содержит некое фиксированное состояние того, что у человека называют сознанием, где брать все те данные, что человек умудряется хранить, обновлять и использовать? Простыми словами, где располагается память?
Александр проштудировал уйму работ на эту тему – спасибо Веронике и Римме, они в своё время занимались тем же, и успели собрать множество работ, уже с аннотациями и перекрёстными ссылками. Получается, что есть некий порог сложности: до него нейронная сеть организма не в состоянии иметь мало-мальски долговременной и структурированной памяти, а потом происходит скачок. Причём важен не только физический размер нейронной сети: насколько большой объём мозга, скажем, у вороны или белки – а ведь их по уровню интеллекта и умению передавать знания потомкам мало кто может обойти, среди их родственников, ближайших биологических видов.
Александр принялся листать собственные записи. Ага, вот: он начал подгружать дополнительную модель к Реплике – Нике – когда осознал, насколько ограничена существующая рабочая модель. И правил это дополнительную модель, опираясь сугубо на внешние данные – чтобы та, когда формирует ответ (Реплика всегда отвечает на текст от своего пользователя), не только оставалась в том же семантическом ассоциативном пространстве – простыми словами, чтобы не отвечала невпопад – но и чтобы могла выбираться за границы контекста.
То, как ведут себя люди: они в состоянии в произвольный момент выходить за рамки контекста беседы – не просто переключаться на другой – но дополнять существующий. Что-то “внезапно” вспоминать, двигаться по ассоциациям...
А теперь внимание, главный вопрос. Пока Реплика – искин, искусственный интеллект – работает, чем это отличается от работы человеческого мозга? Если судить по тому, что собрали и выделили Римма и Вероника, сомнений нет: это – деятельность одного рода.
Александр осознал, что взмок от волнения. То есть что получается... в единичных случаях удавалось построить рабочую модель сознания, достаточно функциональную, чтобы работа модели ровно так же коррелировала с событиями в смежных Вселенных?
