Однако сон не шёл. Переполненный адреналином организм категорически не хотел успокаиваться. В голове вертелся сонм разного рода мыслей, а в душе поселилась горечь. Несмотря на то, что она готовила себя к разного рода неприятностям, наглая развязность Зенчи сильно огорчила Ию. Как-то она успела отвыкнуть от этого.
«Сама-то тоже хороша, — внезапно подумала Платина. — Мало того, что сбежала от любовника, села на одну лошадь с чужим мужиком и собралась путешествовать с ними, так ещё и постороннему простолюдину руку подала. Порядочные девушки из любого сословия так не поступают. Даже случайное прикосновение к незнакомому мужчине уже считается нарушением правил приличия, а тут такая развратная особа. Вот Зенчи и подумал о твоей общедоступности. Тут же вспыхнула страсть в груди. Хорошо ещё, что как вспыхнула, так и потухла».
Не удержавшись, Ия тихонько хихикнула, дав себе слово побыстрее обзавестись более приличным оружием.
Пытаясь уснуть, приёмная дочь бывшего начальника уезда повернулась на бок. Она уже давно поняла, что Накадзимо со спутниками разыскивают артефакты какой-то невообразимо древней, загадочной цивилизации. О них и им подобных рассказывал Рокеро Нобуро в пещере под монастырём «Добродетельного послушания», где она впервые воочию увидела материальные следы исчезнувшей эпохи. Даже с точки зрения человека двадцать первого века её родного мира то гранитное кольцо или горловина громадной трубы смотрелось более чем значительно.
Помнится, младший брат бывшего губернатора утверждал, что предметы, оставшиеся с тех времён, пользуются популярностью у богатых коллекционеров и стоят немалых денег. А на карте, что хранил у себя покойный господин Самадзо, обозначены места, где можно отыскать подобного рода диковины. Неудивительно, что она имеет такую ценность для людей, посвятивших жизнь поискам вещественных остатков давно почившего мира.
Размышляя на эту тему, Платина наконец-то заснула, проснувшись от рези в мочевом пузыре. Сев и свесив ноги с сундука, она посмотрела на единственное узенькое окошечко в стене. Судя по тому, что оно едва различалось на фоне окружающего мрака, до рассвета ещё далеко.
Доски пола негромко скрипнули, заставив Ию поморщиться. Тем не менее она быстро дошла до выхода и, отодвинув занавес, выглянула наружу.
Небо на востоке лишь слегка заалело. В костре тлели две толстые головешки, а вокруг спали люди, завернувшись в толстые одеяла. Причём с первого взгляда трудно определить: кто тут дворянин, а кто простолюдин.
Беглая преступница почему-то подумала, что им не впервой ночевать вот так: на голой земле у полупотухшего костра.
Осторожно спустившись с передней площадки, она поспешила к кустам, стараясь двигаться как можно тише.
Но когда вернулась, «наткнулась» на настороженный взгляд.
— Куда вы ходили?
— По нужде, господин Накадзимо, — с иронией пояснила приёмная дочь бывшего начальника уезда, заверив: — Больше я пока бежать никуда не собираюсь.
Хмыкнув, собеседник глянул на светлеющее небо и вдруг потянулся, широко зевая.
«Надо же! — мысленно отметила Платина. — Какие хорошие зубы. Ими только стальную проволоку перекусывать».
Как она успела заметить, аборигены редко могли похвастаться здоровьем ротовой полости. Даже богачи щеголяли щербатыми улыбкам и несвежим дыханием. Не помогали ни регулярная чистка порошком из толчёного мела и лекарственных трав, ни жевание сушёной гвоздики.
Потеряв к девушке всякий интерес, Накадзимо громко скомандовал:
— Поднимайтесь! Выезжаем рано. До вечера надо добраться до Канори!
Ответом на его призыв стало недовольное кряхтение и ворчание спутников.
Понимая, что поспать больше не удастся, Ия забралась на переднюю площадку и, свесив ноги, принялась наблюдать за происходящим.
Для начала вся странная компания без разделения на сословия потянулась в кусты. Потом Зенчи взялся собирать одеяла, а Кен отправился за хворостом.
— Вы бы, барышня, не мешались, — бросив на неё неприязненный взгляд, проворчал слуга, одной рукой пытаясь вытащить короткую лестницу.
Встав на ноги, девушка предложила:
— Давай помогу.
И, не дожидаясь ответа, взяла у простолюдина сложенные одеяла.
— Спасибо, госпожа, — проворчал тот.
Когда слуга взошёл на переднюю площадку, Платина вернула ему поклажу, а сама встала поодаль, вспомнив, что на сундуке, где она спала, остался узелок с её вещами.
Но, несмотря на необычность раскраски, котомка Зенчи не заинтересовала. Он сложил одеяла в корзину, предварительно достав оттуда какой-то свёрток. Разглядев блеск шёлка, Ия поняла, что это верхняя одежда дворян. Тут же на укреплённых в стенке колышках висели три круглые широкополые шляпы. Их слуга тоже забрал с собой.
Сообразив, что Накадзимо и его благородным приятелям надо переодеться, девушка не стала их смущать, скрывшись в фургоне.
Минут через десять Зенчи вернулся с новыми свёртками, спрятав их в ту же корзину. Платина поняла, что это те костюмы, в которых её спутники щеголяли сегодня ночью.
Завтракали холодным варёным рисом, сдобренным острым соусом и кусочками жёсткого, как подошва, вяленого мяса.
