Рязанский след на орбите «Бурана» полностью

В состав ОДУ входят:

– два двигателя орбитального маневрирования с тягой по 90 кН, пустотным удельным импульсом тяги 362 с и с числом включений до 5 000 за полёт;

– 38 управляющих двигателей с тягой по 4 кН, удельным импульсом тяги 275…295 с (в зависимости от назначения) и числом включений до 2 000 за полёт;

– восемь двигателей точной ориентации с тягой по 200 Н, удельным импульсом 265 с и с числом включений до 5 000 за полёт;

– четыре твердотопливных двигателя экстренного отделения с тягой по 28 кН и суммарным импульсом тяги по 35 кН с.

Двигатели ОДУ на «Буране» размещаются с учётом решаемых ими задач. Так, двигатели управления, расположенные в носовой и хвостовой частях фюзеляжа, обеспечивают координатные перемещения орбитального корабля по всем осям и управление его положением в пространстве.

Конструктивно ОДУ состоит из отдельных блоков. К основным блокам ОДУ относятся: базовый (два двигателя орбитального маневрирования), два хвостовых блока – левый и правый, и носовой блок системы управления и ориентации, а также соединяющие их пневмогидравлические магистрали.

– А вот скажите, пожалуйста, система жизнеобеспечения – в чём?

– На «Буране» планировалось установить систему жизнеобеспечения, как на других космических аппаратах с экипажами. Цель та же: экипаж должен жить и работать в условиях атмосферы таких же, как на Земле, из расчёта на недели две-три в зависимости от количества экипажа.

– А Вы – сразу в скафандре или потом его надеваете?

– Скафандр обычно должен был надеваться на этапах от старта до полного выхода на орбиту и при спуске при подготовке к нему и до полной остановки на полосе.

– Следующий вопрос. Вы проходили общекосмическую подготовку: теоретические занятия, гидролаборатория, физическая подготовка, тренировки на выживаемость. Вы мне прислали фотографии, сделанные на море. Спускаемый аппарат уже лежал там на воде? И как Вы в него попадали, имитируя, что Вы спустились с орбиты?

– Старика Хоттабыча не было. Спускаемый аппарат стоял на палубе, мы в скафандрах занимали свои места в нём, а после этого аппарат краном спускали на воду. И пошла работа.

Первыми подняли и посадили такую экзотическую машину (БТС-002 «Буран») И. Волк и Р. Станкявичус. Они больше других сделали для отработки такой сложной и ещё сырой системы управления бездвигательной посадкой.

Горизонтальные лётные испытания (ГЛИ) в Жуковском прошли успешно и благополучно, без происшествий. Была отработана самая сложная, интеллектуально ёмкая и опасная часть проблемы – бездвигательная посадка в ручном и автоматическом режимах управления[77].

В ходе испытаний на этом этапе было обнаружено большое количество ошибок программно-математического обеспечения (ПМО). Потом их устранили, что в конечном результате и позволило произвести фантастическую по точности посадку «Бурана» в автоматическом режиме при завершении космического полёта.

То, что этот беспилотный полёт оказался первым и единственным – вина не науки и техники, а политики и организационной сумятицы тех лет.

И об особенностях испытательной работы на этом этапе я вновь прошу рассказать космонавта-испытателя – Урала Назибовича Султанова.

– Урал Назибович, какие задачи стояли перед Вами в ходе бездвигательной посадки в ручном и автоматическом режимах управления?[78]

У.Н.: – Это значит – использование формы автоматического управления в зависимости от того, как себя ведёт автоматика. Но почему я говорю ручной? Это значит, что я хорошо подготовлен и достаточно тренируюсь, чтобы сажать его вручную в любых условиях, днём и ночью. Но почему я использую автоматику? Да потому, что это я должен копаться там, где я соображаю! Я нажал – она работает. И никто мне ничего не скажет. Включаешь сколько хочешь.

А.Ф.: – То есть, решение о том, как катапультироваться, принимает лётчик? Наш мозг – компьютер, лучше которого никто не придумал.

У.Н.:: – Нет, не всегда. Иногда компьютер и хорошо отработанная автоматика работают лучше и чище, чем человек, они не устают. У человека может недомогание какое-то быть, зачем мучиться сидеть? Пусть автомат фиксирует. Просто тут имеет значение отношение: кто кого слушается? Я – хозяин, а не на задних лапках перед автоматом стою!

А.Ф.: – Вот для этого вы учились и тренировались.