— Не все сразу, — ответил я. — Результат пока ноль, но подвижки есть. Как говорится в подобных случаях, высокие стороны обменялись мнениями.
Норберт спросил с недоверием:
— Подрались, что ли?
— Нет, — пояснил я, — это такая дипломатическая формула. Когда никаких результатов, то это обменялись мнениями. Можно добавить, что встреча была плодотворной и успешной.
— А в чем?
— Барон, — сказал я с досадой, — это высокая политика. Не все сразу. Ставки больно высоки! Не за корову торгуемся.
Альбрехт сказал ему с бодростью в голосе:
— Барон, вернемся к нашим баранам. А его величество такой хитрый змей, что и того Змея перехитрит, что Еву обрюхатил. Думаю, если бы его величество оказался там и в то время, он обрюхатил бы и Еву, и Змея.
Я нахмурился.
— Но-но, граф! Не приписывайте мне штучки, которыми прославился Зевс. Животные меня не интересуют, как и рыбы или птицы, а вот Лилит, если честно, интриговала... еще как интриговала. Ладно-ладно, заулыбались! Допивайте и марш работать. А я тут пока мыслить буду. Победы куются, чтоб вы знали, вовсе не на поле битвы!..
Стальграф и рейнграф дисциплинированно вскочили первыми, Норберт сказал суховато:
— Наращивайте преимущество, Ваше Величество... которого у нас нет, но которое якобы есть.
— Оно в самом деле есть, — уточнил Альбрехт и добавил: — Не в силе, конечно.
День прошел в хлопотах, которые явно не нравились Вирланду и его людям: хоть и очень издали, но видно белоснежные паруса каравелл, корабли то и дело подходят к берегу, а это значит: пополнение для удара по Геннегау постоянно прибывает.
На следующее утро примчался гонец и сообщил, что Вирланд просит позволения присутствовать на переговорах двум своим соратникам.
Норберт насторожился, зато Альбрехт довольно заулыбался.
— Это уже что-то серьезное.
— Почему так уверены, граф? — спросил я.
— Если готовится в чем-то уступить, — предположил Альбрехт, — ему нужны свидетели, что не просто так, а был вынужден.
— Похоже, — сказал Норберт и повернулся ко мне, — но тогда, Ваше Величество, вы просто обязаны взять двоих и со своей стороны.
— Понятно, — сказал я, — придумали, любопытные...
Норберт возразил сурово:
— В первую очередь забота о вашей и потому нашей безопасности. Во вторую — соблюдение равновесия и достоинства. Он берет двух и вы двух. Иначе это умаление вашего достоинства.
Я кивнул гонцу.
— Скажи Вирланду, вернее, его гонцу, идем навстречу его просьбе. И со своей стороны берем двух
лордов, дабы его спутникам было не так скучно слушать наши переговоры.
Гонец поклонился и выскользнул из шатра. Нортон с неодобрением покачал головой, но вышел следом за мной и знаком велел подвести им с Альбрехтом коней.
Альбрехт все же исчез, а через пару минут вернулся в самом нарядном жилете, яркий и празднично одетый щеголь, но это на другом бы выглядело как-то да, а на нем как так и надо. Поверх изящной вязаной рубашки блестящая кираса, он терпеть не может поцарапанных и со следами ударов, хотя другой бы гордился, но Альберт либо меняет, либо велит тщательно заскоблить и заполировать.
Норберт фыркнул, как и мой арбогастр, Альбрехт надменно приосанился.
— Едем, — сказал я нетерпеливо. — Бобик, ты остаешься!
— Да стоит взять бедную собачку, — предложил Альбрехт.
— Вы будете бросать ему бревнышко? — спросил я.
Он злобно усмехнулся.
— Думаю, он сам, заскучав, побежит без нашего присмотра к свите Вирланда...
— Бобик, — повторил я строго. — Жди здесь. Поехали!
У шатра для переговоров Норберт привязал наших коней, присмотрелся к движению в лагере свиты Вирланда.
— Герцог садится на коня!
— Все в шатер, — велел я.
Альбрехт возразил:
— Ваше Величество, нам пока лучше остаться здесь. Возможно, герцог тоже позовет своих помощников только на момент заключительной... формулировки.
Норберт кивнул.
— У него хоть и перья на шляпе, но на этот раз граф прав.
— Хорошо, — сказал я, — общайтесь с его людьми. Только не проболтайтесь.
— Мы о бабах, — заверил Альбрехт. — С этой темы соскользнуть в политику трудно!
Герцог подъехал в сопровождении двух лордов, все трое спешились, Вирланд начал представлять своих спутников:
— Ваше Величество, это...
— ...барон Ховард Кастельван, — сказал я весело, — а также виконт Глен Силендборг, доблестные рыцари и умелые военачальники.
Вирланд слегка опешил, а сэр Ховард поклонился и пробормотал, тоже смущенно и обескураженно:
— Ваше Величество... я счастлив, что вы запомнили мое имя...
— Как и мое, — произнес с поклоном виконт.
Я сделал приглашающий жест в сторону шатра.
— Герцог?.. Барон Ховард? Или вы предпочитаете пообщаться пока с моими военачальниками?
Вирланд кивнул, на его лице отразилось некоторое облегчение. Я придержал полог, пока герцог переступал порожек, стол уже накрыт скромно и с достоинством, никакого пира, только два фужера и кувшин с вином.
Я выждал, когда он опустится в кресло, я же моложе, к тому же принимающая сторона, сел сам и начал смотреть на него со всем вниманием.
Он опустился на лавку и сказал хмуро:
— А что еще за игру вы затеяли?
— Герцог? — произнес я.
