— Разумеется, — ответил я, но, уловив его ухмылочку, сказал сердито: — Только в случае острой необходимости!.. Понятно же, что когда люди свободны, то сами жилы рвут, стараются, а из-под палки какая работа? Потому мы всячески должны подчеркивать свободу и поддерживать ее во всех нужных нам проявлениях.
— Во всех?
Я сказал зло:
— Вам уши заложило, граф? Я же сказал, во всех проявлениях, нужных нам!
— А-а..
Я сказал еще сердитее:
— За исключением попыток выйти из Союза или как-то обособиться. У нас должно быть общее экономическое и правовое пространство, общий закон и права, хоть и крохотные, простого трудящего люда.
— И армия, — подсказал Норберт.
Я зыркнул свирепо.
— Разумеется, но о ней нужно упоминать пореже, а то и вообще... подвести под графу секретности. И вообще, вы двое работать пришли? Или языком почесать? Так идите и работайте, работайте, работайте!
Альбрехт с удовольствием потер руки.
— Да тут незаметно подошло время обеда...
— Сколько можно жрать, — сказал я сердито. — Вы как мой Бобик!
— Обожаю эту собачку, — сказал он.
Ухмыляясь, они вышли, тут же в кабинет вдвинулся сэр Жерар, произнес бесстрастно:
— Ваше Величество! Граф Фортескью по вашему вызову.
Граф вошел быстрыми шагами, поклонился, непривычно поджарый, но не худой, а я видел его и сытеньким розовым кабанчиком, и худым, как гвоздь, узником тюрьмы Кейдана, а сейчас он с двумя шрамами на щеке выглядит бывалым воином, хотя, как помню, в боях никогда не участвовал.
Он старался держаться невозмутимо, как и положено дипломату, но счастливая улыбка уже раздвигает губы, делая рот шире.
— Граф, — сказал я, — Господь долго терпит из милости, давая нам возможность раскаяться и по возможности исправить ошибки. Но если этого не делаем, он бьет больно. Сэр Рюккерт, ярый сторонник узурпатора трона герцога Вирланда и человек, отхвативший у вас почти половину ваших земель, бежал со своими людьми в сторону границ с Вестготией... как будто туда можно попасть иначе, чем на моих кораблях!..
Он спросил осторожно:
— И где он теперь?
Я поморщился.
— А где он может оказаться? Сопротивлялся аресту довольно мужественно, надо признать, как и его люди. Сдались только слуги и двое оруженосцев. Остальные пали в бою и были похоронены там же на морском берегу, где волны быстро смыли все следы.
Он спросил, не сводя с меня испытующего взгляда:
— Значит, отныне...
— Таким образом, — сказал я и перекрестился, — по воле и мудрости Господа нашего его замок и его земли присоединяются к вашим, что очень удобно, вы соседи. Но это дело обыденное, с этим даже не поздравляю, однако мои люди подсказали, что ваше мужество и верность принцу Ричарду должны быть отмечены и в титуле.
Он округлил глаза.
— К примеру, — сказал я, — мне всегда нравился титул кирхенфюрста... но самому, к великому сожалению, так и не удалось им побывать, хотя хотелось... гм, мне все же кажется, вы не слишком кирхен... так что может быть, ландесфюрста?.. Им я тоже не бывал, не повезло... И звучит, и ни к чему не обязывает...
Сэр Жерар произнес ровно:
— Ваше Величество, осмелюсь подсказать, преданным вам людям стоит жаловать и придворные должности. Они мало к чему обязывают, но дают возможность вращаться при дворе, оказывать какое-то влияние, поддерживать ваши начинания...
Фортескью промолчал, скромно опустив глазки, я подумал, переспросил:
— А что вы предлагаете? Обер-гофмейстера, то бишь гран-мэтра де ла кур или же обер-гофмаршала?
Жерар произнес так же мрачно:
— А чего мелочиться? Можно сразу камергера. Это высшая должность при дворе, а делать ничего не приходится.
Я посмотрел в изумлении.
— Вы серьезно?
— Вполне, — подтвердил он. — Камергеров может быть несколько. Все нормально с точки зрения права и законов..
Я подумал, повернулся к замершему Фортескью.
— Граф, сэр Жерар абсолютно прав. Жалую вам титул ландесфюрста, а также придворную должность камергера. Мне кажется, в Сен-Мари ландесфюрсты вообще не водились, так что вы первый и единственный! Это повод гордиться и задирать нос перед теми, кто на вас посматривал свысока. На ближайшем торжественном приеме я вам пожалую официально. Нужно, чтобы присутствовала вся знать королевства... А теперь работать, работать, работать!.. Устраивайтесь
247
Гай Юлий орловский
там внизу, быстренько наберите помощников. Работы будет больше, Куно вас введет в курс дела.
Он широко улыбнулся в ответ на смену моего покровительственно-ласкового тона на суровый и требовательный, поклонился и быстро вышел, уже весь собранный и переполненный идеями, как быстро наладить работу Министерства.
Он еще не знает, мелькнула мысль, что это будет Министерство не Сен-Мари, а чего-то такого, что я сам еще масштабы вижу весьма смутно и нечетко.
Еще в первый же день переезда в бывший дворец Рюккерта перетащили из королевского дворца и установили в моем кабинете зеркало в мой рост, через которое могу выйти из точно такого же в Савуази, Брабанте и даже в подвале леди Элинор. Кстати, его забрать нужно обязательно.
