— Дьявол! — кратко выразилась Спарки. Ее тоже одолевало страстное желание скорее оказаться на твердой почве. Дейлхауз полностью разделял ее чувства. Значит, им болтаться здесь ещe день, по меньшей мере.
— Да, я согласен,— сказал Кривитин.— Но Алекс хочет, чтобы вы снова попутались поймать сигналы пипов[1].
Гарриет принялась жаловаться, но Дейлхауз не стал слушать. Он отстегнул ремни и достал кассеты с информацией, которые спрятал на случай перегрузок при посадке. Он включил магнитофон, вставил в ухо наушник. Послышалось шипение ленты, случайные щелчки и далекий угрюмый вой. Это были звуки, посылаемые посадочным зондом. Его задача заключалась в том, чтобы обнаружить биологические объекты и исследовать их во встроенной лаборатории. Однако микрофоны воспринимали только звуки, которые приходили снаружи. Он пожал плечами. Наконец, звуки стали громче и чище. Это был ужи нейтральный аппарат-исследователь. У него имелся локатор двуокиси углерода. Как самка комара, которая ищет кровь, чтобы оплодотворить яйца, аппарат дрейфовал до тех пор, пока не обнаруживал двуокись углерода. Затем он летел по следу и находил источник. После этого аппарат кружился поблизости, засекая и передавая звуки. Но какие звуки!' Иногда они были похожи на звук трубы большого оркестра, иногда — на крики ребенка, занятого азартной игрой. Дейлхауз записал частотный спектр — от единиц герц, которые человеческое- ухо воспринимать не способно, до звуков, издаваемых летучей мышью. Он идентифицировал по крайней мере двадцать фонем; Это не были крики птиц. Эго был язык, Дэнни в том был уверен.
Внезапно на него повеяло* теплом. Дэнни потянулся к иллюминатору, где всплыл тускло-красный Кунг. Дэнни опустил темный экран, смотреть на звезду небезопасно, можно обжечь кожу. Теплота охватила его, сразу же захотелось спать.— Почему нет? — подумал он. Он выключил магнитофон, откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и приготовился уснуть. Но вдруг услышал свое имя.
— Дейлхауз! Кривитин! Ди Паоло! Все на корабле! По-местам!
Он стряхнул сон, пожалев, что нет под рукой чашки кофе, и пошел в рубку. Алекс Вудринг сказал:
— Тебе нужно посмотреть на это. Пипы передали еще один ответ, и Гарриет записала его на ленту.
Дейлхауз придвинулся ближе к экрану, чтобы лучше видеть. На экране было растение красного цвета необычной формы с грушеподобными плодами, свисающими, с ветвей.
— Перекрути ленту, Гарриет,— нетерпеливо сказал Вудринг. Изображение на экране погасло.
Затем появилось новое изображение. Сначала Дейлхауз подумал, что он видит еще одно растение — вероятно, пустынное. Красные и желтые шары росли из чего-то, что Дейлхауз принял за губку. А затем ЭТО пошевелилось!
— Боже,— прошептал кто-то. Дейлхауз почувствовал, как комок подкатил к горлу.
— Что это?
— Кажется, похоже на белую мышь,— сказал Моррисон, биолог.
— Но что произошло?
— Произошло то,— сказал биолог с оттенком профессионального превосходства,— чего я сам еще не понимаю. Пипы передали речевое сообщение в зашифрованном виде.
— Но ведь они обещали делиться информацией,— рявкнул Дейлхауз.
— Ну, так они и делятся. Я полагаю, что Наследник Мао дал указание опубликовать отчет на сессии ЮНЕСКО. А затем, после того как копия попадет в Нью-Йорк, она будет передана нам. Но это будет не скоро. А того, что мы видели, достаточно для того, чтобы понять — это не такая гостеприимная планета, как нам хотелось бы.
Он замолчал, затем продолжал:
— Я не думаю, что то, что мы видели — то, что произошло с подопытной белой мышью,— инфекционное заболевание. Это больше похоже на аллергическое явление. Я не могу себе представить микроорганизм, так быстро приспособившийся к нашей биохимии. Я думаю, что мы так же ядовиты для них, как они для нас. Поэтому мы будем есть только свою пишу, пить свою воду.
— Значит, мы все же будем приземляться?
Капитан Капелюшников сказал по-русски:
— Да!
Он кивнул, затем пробормотал что-то переводчице, которая сказала:
— Он говорит, что мы для этого сюда и прилетели. И что мы предпримем все меры предосторожности. Посадка будет со следующей орбиты.
Дейлхауз снова прокрутил странные песни зонда-комара, но вся аппаратура для серьезных исследований была уже упакована. Теперь не было смысла снова доставать ее. Как бы убить время? Засыпая, он думал о планете. Как же назвать ее? Дитя Кунга, Сын Кунга? Клонг — Сын Кунга — так окрестил планету кто-то из американцев. Но это неудачное название.
Когда Дэнни проснулся, ему вручили тюбик с густой желеобразной массой. Нужно намазать все тело и одежду. Это должно предохранить от инфекций на первое время, пока люди еще не сориентируются. Затем он снова оделся и стал ждать.
Электронщик засекал все источники излучения на планете и наносил их на карту Солнечной системы.
Кажется, передают две станции,— прокомментировал Дейлхауз.
