За последнее время они с Гарри как свихнулись с этим загадочным свертком из банка. После знакомства с Пушком, информации, полученной Гарри от Хагрида, да при уме и логике Гермионы разобраться во всем этим двоим не составило особого труда. То, что в школе хранится что-то ценное, сомнений уже не вызывало — осталось узнать, что именно.
Я не лез, не возражал и, к обиде обоих, не поддерживал. Ходил с ними к Хагриду, выслушивал соображения, но вмешиваться не желал, как и помогать в их поисках. И, честно говоря, планировал потом вразумить этих авантюристов и не дать им полезть к камню. А пока их пытливые умы пусть будут заняты, а то до срока успеют во что-нибудь вляпаться. В данный момент меня занимала лишь одна мысль: впереди меня ждет много часов в одном купе с Гермионой…
На вокзале меня встретил отец, и мы камином отправились домой.
Мне пришлось выдержать бой с родителями, чтобы приехать на каникулы. Да и то, через три дня мы уезжали на неделю к Чарли в Румынию. Поэтому братья и остались в Хогвартсе.
Да они не сильно домой и хотели. У Перси обязанности старосты и официальная подружка Пенелопа Кристалл — староста Равенкло. А у близнецов их исследования и создание приколов — в Хоге полно заброшенных кабинетов, можно даже лабораторию найти и оборудование какое откопать. А дома придется из-под полы химичить, чтобы мать не заметила.
Молли в письмах долго уговаривала меня тоже остаться, даже вопиллер прислала и смирилась только тогда, когда пригрозил сбежать из школы и прийти домой по шпалам.
Думал, меня дома одного оставят, и я спокойно своими делами займусь и Луну навещу. Но родители поднапряглись, и теперь мы все в Румынию едем.
К Луне сбежал на следующий день, стараясь не обращать внимания на недовольно поджавшую губы мать.
— Привет, Рон, — мягко улыбнулась она, распахивая дверь еще до того, как я успел постучать.
— Привет, Луна, — улыбнулся, на мгновение прижимая к себе ее худенькое детское тельце, — даже Джинни была покрепче, хоть и одного с Луной роста.
— Я тебя ждала. Крумусы сказали, что ты сегодня придешь, — мечтательным тоном сказала она, глядя куда-то поверх моего плеча. — Пойдем, я по такому случаю заварила тебе новый напиток.
— Крумусы? — переспросил я, следуя за ней и придерживая за руку. — И кто это такие?
— О! Тебе непременно нужно прочитать «Придиру», — она подарила мне задумчивую улыбку, — там про них большая статья. Я сохранила для тебя первый номер.
— Спасибо, — тепло улыбнулся, — нужно будет потом попросить твоего отца на нем расписаться.
— Что ты, Рон, папа непременно откажет, — Луна с укором посмотрела на меня, — он работает не за славу, а чтобы волшебники знали правду, которую от них скрывают Нарглы, пока они не заразили всех Мозгошмыгами. И тогда непременно случится что-то плохое. Оно всегда случается, когда Солнце в двенадцатом доме, — на полном серьезе добавила она увлекая меня на кухню.
— Отцу нашептал Глумель, что в этом году Нарглы вышли из спячки и заметно активизировались в Хогвартсе. Отец даже не хочет отпускать меня в школу, по крайней мере, без амулета. Я и для тебя попрошу, Рон, ты не переживай, — торопливо говорила она, пока хлопотала вокруг закипающего чайника, — сливы-цеппелины почти зацвели.
— Да присядь, Луна, — одернул ее я, — дай хоть посмотреть на тебя. Я так соскучился.
— Но мы же переписывались каждый день? — удивилась она, прислонившись к моему боку и положив голову на плечо.
— Так то письма, а то живое общение, — фыркнул я и отвлекся на свист чайника. — Разве ты сама не скучала?
— Нет, — на полном серьезе ответила она. — Я и забыла, что ты пока ненастоящий маг, — внезапно потусторонне улыбнулась Луна, а я вздрогнул от неожиданности.
— Парные блокноты связаны магией волшебников, которые будут в них писать, — совершенно серьезно добавила Луна, наливая мне в чашку какую-то бордовую гадость. — Поэтому никто, кроме них, не может ими пользоваться. Тебе просто нужно было почувствовать, а не писать.
— Как это? — склонившись к чашке и принюхиваясь, спросил я.
— Если ты закроешь глаза, разве ты не почувствуешь мою магию? — спросила Луна, усаживаясь рядом и с предвкушением подвигая к себе чашку.
— Да, почувствую. Но мне не пришло в голову, что можно так делать, когда я пишу тебе.
— Чтобы стать магом, Рон, тебе придется ослепнуть умом и прозреть сердцем, — неожиданно четко ответила она, пристально глядя мне в глаза. Ее недетский взгляд опалил силой, как тогда, на поле, но тут же сменился на привычную мягкость и детскую мечтательность. — Ты всегда был рядом, Рон, потому я и не скучала, — улыбнулась она и оживилась, — давай, попробуй.
— Только не говори, что это Лирный корень, — под впечатлением от ее недавних слов брякнул я и замер в понимании.
— О, наверное, так и есть, — удивленно распахнула глазищи Луна и рассмеялась. — Хотя я считала, что это Аир болотный. У тебя уже получается, Рон! Ты молодец! Еще немного, и мы сможем играть вместе. Ну же, попробуй.
На вкус варево было странным и ни на что непохожим, но, как по мне, так довольно неприятным и сильно отдающим специями.
