Немного о родословии невесты – юной графини Александры, стараниями Екатерины Михайловны ставшей именоваться, как и она, княгиней Юрьевской.
А тестем Георгия суждено было стать Его Высочеству принцу Константину Ольденбургскому. Будущий генерал-лейтенант родился в Петербурге в апреле 1850-го, несказанно порадовав своим появлением родителей, Петра Ольденбургского и Терезию Нассаускую.
Сам же принц Пётр Георгиевич, к слову, знакомец и большой поклонник Пушкина, – сын великой княгини Екатерины Павловны. Его матушку называли одной из самых обаятельных и образованных женщин своего времени. Красоту и ум великой княжны Екатерины воспел Державин, её советам, касавшимся внутренней и внешней политики империи, внимал Александр I, почитавший сестру преданным своим другом.
Свидетельств о встречах Пушкина с Екатериной Павловной нет, да и вряд ли они могли быть. Но поэт знал о той заметной роли, что довелось великой княгине сыграть в судьбе знаменитого историографа: «…О пребывании Карамзина в Твери в 1811 году, при Дворе блаженной памяти Государыни великой княгини Екатерины Павловны, матери Его Светлости принца Петра Ольденбургского. Известно, что Карамзин читал тогда в присутствии покойного Государя и августейшей сестры его некоторые главы Истории Государства Российского…»
В пушкинской рукописи осталась ёмкая строка о Екатерине Павловне, как женщине «с умом необыкновенно возвышенным и образованным».
Сын русской великой княгини и принца Георга Ольденбургского, Пётр Георгиевич, достиг немалых успехов на военной стезе – дослужился до генерала от инфантерии.
Он имел счастье дважды встречаться с Пушкиным: в январе 1836-го в стенах Академии, о чём упоминал сам поэт: «Российская Академия была удостоена присутствия Его Светлости принца Петра Ольденбургского, избранного ею в почётные члены»; и в декабре того же года в Михайловском дворце, на вечере у великой княгини Елены Павловны.
В 1840-х, когда лицей из Царского Села был переведён в Петербург и переименован в Императорский Александровский, принц Ольденбургский становится его попечителем. К Петру Георгиевичу обращают свои надежды выпускники-лицеисты: близится полувековой юбилей лицея и время исполнить давнюю мечту – воздвигнуть близ славных стен памятник знаменитому воспитаннику.
Принц Ольденбургский лично передал прошение Александру II, ведь с монархом его связывала дружба, возникшая ещё с юных лет.
История распорядилась по-своему: памятник поэту в Царском Селе был сооружён много позже, и видеть его Александру II не довелось. Но зато императору предстояло стать августейшим «крёстным» знаменитого московского монумента – его высочайшим указом создан Комитет по сооружению памятника Пушкину! Бесспорно, утверждая председателем Комитета принца Петра Ольденбургского, Государь прекрасно знал, что давний его приятель – истинный почитатель русского гения, ведь ещё при жизни поэта Пётр Георгиевич перевёл на французский пушкинскую «Пиковую даму».
Принц немало порадел, чтобы в центре Москвы, на Тверском бульваре, близ Страстного монастыря, встал во всей своей величественной простоте памятник Пушкину – гениальное творение Опекушина.
В тот знаменательный день – 6 июня 1880 года – явились возвышенные строки графа Владимира Соллогуба, ныне почти забытые:
Принца Петра Георгиевича чествовали как самого дорогого и почётного гостя. Газеты спешили оповестить читателей: «Августейший председатель бывшего Комитета по сооружению памятника, подойдя к членам семьи великого поэта, поздравил каждого из них в отдельности и в сопровождении… высокопоставленных лиц и семейства Пушкина обошёл памятник».
Пётр Ольденбургский, сын великой княгини Екатерины Павловны, заслужившей столь лестные отзывы Пушкина, был знаком со всеми детьми поэта, приглашёнными в те июньские дни в Москву.
Думается, особо приятно было встретиться ему с графиней Наталией фон Меренберг, младшей дочерью поэта и… своей родственницей. Ведь жена Петра Георгиевича, принцесса Терезия-Вильгельмина, приходилась единокровной сестрой принцу Николаю Нассаускому, мужу Наталии Александровны. А значит, внуки поэта и дети Петра Ольденбургского (они же – внуки великой княгини Екатерины Павловны) – двоюродные братья и сёстры. А сын, принц Константин, доводился кузеном графине Софи де Торби и графу Георгу фон Меренбергу. Такие вот необычные родственные «сближения»!
…Мистика судьбы: Пётр Георгиевич скончался вслед за другом юности, императором Александром II. На кончину принца – его величали «просвещённым Благотворителем» – откликнулся поэт Алексей Апухтин:
Старался во всём следовать отцу и его наследник – сын Константин.
