Но супружество с представителем знатной грузинской фамилии не стало счастливым для Агриппины Дадиани. Как-то на одной из модных в ту пору «живых картин», представлявшей сцену из поэмы Руставели «Витязь в тигровой шкуре», принц увидел красавицу-грузинку. Страстно влюбился в неё и сделал всё возможное и невозможное, дабы увести прелестницу от мужа. Поговаривали, что для сего Ольденбургский заплатил все долги, и немалые, грузинского князя, другие же утверждали, что князь Дадиани проиграл принцу свою супругу в карты…
Так это или иначе, но после расторжения брака княгине Дадиани в новом её замужестве, признанном, правда, морганатическим, великий герцог Ольденбургский даровал титул графини Царнекау. В России графский титул именовался на иной манер – Зарнекау.
Известный уроженец Тифлиса Сергей Юльевич Витте, министр финансов, а затем и председатель Совета министров, не преминул, как «старый кавказец», заметить, что принц Константин «женился на имеретинке», ведь его жена по рождению принадлежала к княжеской фамилии Джапаридзе из Имеретии, исторической области в Западной Грузии, некогда именовавшейся Имеретинским царством.
Обосновалась супружеская пара в Кутаиси, где в фамильном дворце один за другим появлялись на свет дети: Александра, Екатерина, Николай, Алексей, Пётр, Нина.
Супруги часто бывают в Тифлисе, где возводится их новый дворец; навещают в горном Абастумани великого князя Георгия Александровича – там подолгу живёт молодой цесаревич, страдающий болезнью лёгких; наведываются и в Петербург, благо в столице тоже есть дворец, «родовое гнездо» Ольденбургских.
В дружном семействе подрастают дети, что требует новых родительских забот: дать достойное образование юношам-сыновьям, да и помыслить о женихах для барышень-дочерей. Так уж совпало, что переезд Ольденбургских в Северную столицу совпал с кончиной Александра III, друга юности принца Константина…
Но вот и счастливая весть: Светлейший князь Георгий Юрьевский делает предложение руки и сердца старшей дочери!
Лишь на венчании и свадьбе Александры, ставшей вдруг невесткой русского царя, и посчастливилось побывать Константину Петровичу. До свадебных торжеств остальных детей дожить ему, увы, не довелось.
Он внезапно скончался в Ницце в марте 1906-го. Усопшего принца перевезли в Россию и со всеми почестями погребли в Троице-Сергиевой пустыни в Стрельне. Скорбный церемониал почтил Государь Николай II, да и весь аристократический Санкт-Петербург отдал дань памяти достойного человека – принца Константина Ольденбургского.
Ну а чуть ранее календарь исправно отсчитывал дни февраля 1900 года. В один из них молодая чета – Светлейший князь Георгий Юрьевский и графиня Александра Зарнекау (она же, в действительности, принцесса Ольденбургская!) предстала пред образами русского храма в Ницце. В единственном тогда православном храме во имя святителя Николая и святой мученицы царицы Александры. После венчального обряда украшенные цветами и лентами модные экипажи, с молодожёнами и гостями яркой вереницей потянулись к вилле Екатерины Михайловны, где всех их ждал праздничный свадебный обед и где новобрачные внимали витиеватым тостам с пожеланиями долгих лет безоблачной жизни.
Так уж случилось, что узы брака соединили наследников двух морганатических супружеских союзов, но это ни для невесты, ни для жениха не имело ни малейшего значения. Как весело начиналась семейная жизнь Георгия с юной женой, ведь его Сашеньке минуло лишь шестнадцать! Супружество то, по словам современницы, обратилось цепью «непрерывных удовольствий: балы и ужины до рассвета».
…А на исходе того райского для молодых супругов 1900 года мир о своём явлении оповестил младенец, наречённый в честь венценосного деда Александром. Восторженный отец из Ниццы телеграфировал в Петербург великому князю Владимиру Александровичу, старшему единокровному брату: «Бог дал нам маленького мальчика Александра. Саша (супруга Александра. –
Однако счастье мужа, безумно влюблённого в свою очаровательную супругу, оказалось кратким. Молодая жена не отличалась верностью и вскоре предпочла ему, Георгу, царскому сыну, князя-богача Льва Нарышкина. Правда, и Лев Васильевич приложил немало усилий, дабы заполучить в жёны красавицу с южной грузинской кровью.
Начался долгий бракоразводный процесс. В январе 1908-го обманутый муж подал в Духовную консисторию Санкт-Петербурга иск с просьбой расторгнуть его брак. Причина называлась одна – «нарушение супружеской верности». Да и свидетели показали, что княгиня Александра жила с ротмистром лейб-гвардии гусарского полка и бывшим сослуживцем покинутого мужа на правах законной супруги.
