К обеду впереди показалась очередная деревушка. Та самая, до которой мы могли бы добраться к полуночи, но остановились мы только для того, чтобы пополнить запас воды. Еды пока хватало, а от предложения узнать, нет ли здесь неупокоенных старост, Ромашка отказался с таким видом, будто посылала его на казнь. Он был забавным, мой новый друг. Но еще больше — таинственным, и его тайны очень хотелось разгадать.
Уже к ночи впереди показалась березовая рощица.
— Заночуем здесь, — сказал Ромашка.
— Опять ночевка на природе, — вздохнула я. — Надеялась, что после учебы они прекратятся.
— Как видишь, ты ошибалась, — ответил Ромаш, сворачивая к рощице и разыскивая место, которое не будет видно с дороги. Все шло так же, как и вчера: он разводил костер и обустраивал для нас ночлег, а я занялась нехитрым ужином.
— Может, позовем Али? — шепотом спросила у Ромашки. — Ему, наверное, скучно в кувшине.
— Пусть сидит, где сидит, — отрезал Ромаш. — Видеть его не желаю.
— Взаимно, — донеслось из кувшина.
— Подслушиваешь?
Ответом стала тишина. Понятно, Али обиделся.
— Если хочешь, присоединяйся к нам, — позвала волшебника.
— Спасибо, добрая госпожа. Мне и тут хорошо, — последовал ответ. — Если ты, конечно, не определилась с желанием.
— Али, а как у тебя с переносом людей на большие расстояния? — поинтересовалась я.
— Перенести — перенесу, но не факт, что живыми, — прогудел кувшин.
— Нет, этот вариант нам не подходит, придется топать до границы. А на границе сможешь сделать так, чтобы нас пропустили без лишних вопросов?
— Смогу, — пообещал волшебник.
— Хоть какая-то польза, — пробурчал Ромашка.
— Молчи, некромант-недоучка, — недовольно ответил Али.
— От такого же слышу.
— Мальчики, не ссорьтесь! Али, а ты выбирайся из кувшина. Иначе такое ощущение, что мы разговариваем с воздухом.
Мрачный волшебник появился прямо перед носом Ромашки, и тот едва не поперхнулся.
— Вот идиотина! — взвыл некромант, швырнув в волшебника редисом, а попал в меня. — Ой, Марьяна, прости.
Значит, Али может становиться бесплотным по своему желанию. Как интересно! На языке крутилось столько вопросов, но пока рядом язвит Ромашка, их лучше не задавать. Пришлось замолчать и жевать. Вокруг стремительно темнело. Подул холодный ветерок, и я чихнула.
— Будьте здоровы, — раздалось из-за спины.
— Благодарю, — откликнулась я, а потом поняла, что и Али, и Ромашка-то передо мной. Резко обернулась — и отскочила, запрыгнув Ромашке на руки.
— Эй, ты чего? — спросил тот удивленно.
— Там… там… — ткнула я пальцем в полумрак.
— Что? Змея? Паук?
— Призрак!
Ромашка переменился в лице, резко побелел и едва не сполз в спасительный обморок. Зато Али бодро вскочил на ноги и сунул нос в указанном направлении.
— Здорово, милок, — раздалось оттуда.
— Здравствуйте, дедушка, — ответил волшебник. — Подходите ближе.
— Э нет. Пламя нас пугает, рядом с пламенем нашей братии делать нечего.
— Марьяна, это не призрак, — обернулся ко мне обитатель кувшина, — а хранитель березовой рощи.
— Слава свету, — прошептал за спиной Ромашка, что для некроманта было, в общем-то, странно.
— А призрак там, в тени, — «обрадовал» его Али. — Думаю, дедушка нас и потревожил из-за него.
— Так и есть. — Хранитель склонил косматую голову. — Видите ли, разбой у меня в роще случился. Путники шли, с десяток человек, что-то не поделили, одного ограбили и убили. Тут и прикопали, собственно. Он теперь ходит, стенает ночи напролет. А я что? Я силы упокоить его не имею. А как почуял, что темный среди вас есть, так и вышел. Уж не обессудьте, помогите. Совсем покоя нет, устал я. За это тоже вам пособлю.
— Мы попытаемся, дедушка, — пообещала я. — Правда, Ромашка? Ромашка?
Ромашку трясло. Он пытался что-то мне сказать, но не мог и только таращился невозможными глазищами.
— Чего это с ним? — озадачился хранитель.
— А он призраков боится.
Похоже, именно для Али придумали кляп.
— Я сам могу ответить, — просипел Ромашка. — С радостью бы помог, но не умею.
— Так я расскажу как, — вмешался Али. — Я очень много полезного знаю и некромантам тоже служил. Для того чтобы упокоить мятежный дух, берем одного некроманта…
— Али! — шикнула я.
— Понял, госпожа. Ваш смиренный раб закрывает свой рот.
И Али испарился, а хранитель растерянно моргнул.
— Куда это он? — спросил тихонько.
— В чайник, — зло ответил Ромашка.
— В кувшин, — донеслось гулкое.
— Ух ты! — Дедок склонился над кувшином. — Редкая вещица, давно к нам такие не завозили. Бедняга. И за что тебя так?
— За дело, — раньше, чем Али, ответил Ромашка. — Просто так к кувшинам не привязывают. Тем более к таким страшным и похожим на чайники. Ладно, дед, показывай, где зарыли убитого.
— Тут недалече. — Хранитель махнул рукой и засеменил меж берез. Мы прошли шагов пятнадцать, прежде чем увидели еще одну небольшую полянку и почти незаметный холмик у одной из березок. Кувшин я на всякий случай захватила с собой.
— Туточки он лежит, — вздохнул дедок. — Эй, мил-человек, покажись!
