Воинственные, на редкость упрямые императоры Исаврийской династии вели очень активную внешнюю политику. Но невозможно воевать, не вступая в контакты с противником. Эти контакты заставили обратить внимание на требования врагов-мусульман в вопросах веры. У арабов было категорически запрещено изображать человеческие фигуры, лики. Лев III знал, что в Халифате действует закон, воспрещающий христианам поклоняться иконам. Недаром василевс, прекрасно знавший арабский язык, получил от современников прозвище «Саракинофрон» — дословно с греч. «сторонник арабов». Кроме того, в Ромейском царстве было много евреев, которых император горячо желал окрестить. Но их непременным условием было удаление икон из церквей. Наконец, против икон ополчились и остатки монофиситов, прочих еретиков и, что особенно важно, часть высшего духовенства, войска и царский двор. Как уже было сказано, особенно много сторонников запрета икон обнаруживалось в Малой Азии, а поддержка со стороны населения именно этого анклава была необыкновенно важна для Империи в период ожесточенной борьбы с мусульманами. Наконец, под предлогом борьбы с иконами императорской власти можно было получить деньги на жизненно необходимые военные кампании против арабов и болгар, обобрав Церковь и особенно — многочисленные монастыри, которые, невзирая на уставные предписания Василия Великого жить в нищете, накопили значительные имущества, богатства. Начиная с VII в. царские и частные дары в них нередко бывали очень ценными. Кроме того, культ чудотворных, нерукотворных икон — ахиропоиетос, чудодейственных мощей, священных реликвий, а также памятных предметов, образков для паломников, благословений — евлогий, которыми вовсю торговало духовенство, тоже приносил немалые доходы. Число монашеских обителей в Империи умножилось до опасной степени. К началу иконоборства едва ли не половина населения истово веровавшей Византии приняла постриг, стало монахами, что, в свою очередь, послужило увеличению земельных угодий и достатка, а, значит, и могущества Церкви. Чрезмерно разраставшееся монашеств, не встречая препятствий, забирало столь нужных солдат у армии.
Дальнейшее усиление Церкви и монашества мыслилось императорской самодержавной власти уже как опасное самому существованию государства. Поэтому именно для поднятия престижа центральной власти и ослабления влияния стремившихся выйти из под государственного контроля церковных и особенно монашеских иерархов была развернута беспримерная по масштабам идеологическая кампания борьбы против почитания икон.
