Телефонная трубка в руках у Андрея молчала. Не было слышно ни гудения, ни сигнала, ни треска, ни помех, словом, ничего. Тишина в динамике была такой же абсолютной, как и мрак в тоннеле, по которому четвёрка пришла сюда. Андрей зачем-то подул в микрофон, постучал трубкой о ладонь. Эффекта не было. Он положил трубку полевого телефона обратно и только потом повернулся.
– Он говорил по-немецки, – пробормотал Андрей.
– Это понятно, – сказал Лёша.
– Может, у них тут до сих пор связь с Берлином сохранилась? – осторожно предположила Света.
– Так, а что он сказал-то? – поинтересовалась Таня.
Андрей внезапно содрогнулся, только сейчас осознавая происходящее вокруг.
– Если бы он говорил не так быстро, я бы успел его понять, – медленно начал Андрей. – Он был очень сердит. Света, надо было тебе брать трубку. Я разобрал только «заукопф», «гефар», «ферботен» и «вег».
Света нахмурилась.
– «Дурак», «опасность», «запрещено» и «прочь», – перевела она. – Это я тебе и так могу сказать.
– «Дурак», «опасность» и «запрещено», – повторил Лёша, заметно помрачнев. – И ещё «прочь». Ну, раз нам здесь не рады, думаю, пора двигать отсюда.
– Очень хорошая мысль, – согласилась Таня.
Один за другим друзья вернулись в главный тоннель. Свет фонарей устремился вдаль, пропадая во мраке.
– У меня хороший фонарик, я смотрю вперёд, – инструктировал Лёша. В таких ситуациях он сразу брал на себя ответственность. – Андрей, у тебя фонарик слабее, поэтому ты следишь за тем, чтобы нас никто незаметно не догнал. Как там было написано? «Оно напало сзади»?
Андрей, торопливо шагая по тоннелю, достал из кармана бумагу и, развернув, показал её Свете.
– «Оно набросилось сзади», – на ходу перевела девушка, и Андрей тут же торопливо переместил фонарный луч с бумаги на стены тоннеля позади, опасаясь высветить
К счастью, там никого не было. Стены уходили назад, стягиваясь в одну точку, до которой слабеющий свет его фонаря уже не дотягивался.
– Защитный кинжал, – пробормотал Андрей, дотрагиваясь до рукоятки незаточенного клинка. Это прикосновение немного успокоило его. – Может быть, это какой-то амулет? Раз там руны?
– Может, и амулет, – согласилась Света. – Тогда хорошо, что он у нас есть.
Друзья шли быстро, тяжело дыша. Ослепляюще ярко светили телефоны Светы и Тани. Казалось, что они находятся внутри световой капсулы, движущейся в море мрака. Андрей взял Таню за руку и стиснул чуть сильнее, чем хотел.
– Стойте! – внезапно крикнула Света.
– Что? – одновременно отозвались Андрей и Лёша.
Но Света ответила не сразу, прислушиваясь к чему-то.
– Какой-то звук. Шагов. Мне показалось: где-то далеко за нами слышны шаги.
Лучи фонарей метнулись назад, в сторону оставленного склада, где пять минут назад звонил телефон. Там было пусто. Андрею снова захотелось дотронуться до рукоятки кинжала, но для этого пришлось бы отпустить ладонь Тани, точно лишая девушку защиты, – и он не стал этого делать.
– Никого нет, – сказал Лёша неуверенно. – Эхо, наверное.
Он приложил ладонь рупором ко рту и громко крикнул назад:
– Эй!
Крик унёсся во мрак и бесследно затих. Андрею показалось, что тьма впитала его, словно губка воду. Эха не было.
– Ну и зачем ты это сделал? – грустно и недовольно спросила Света. – А если бы тебе ответили?
– Пойдёмте скорее, – серьёзным тоном позвал Лёша.
Они снова отправились в путь. Воображение постоянно сообщало Андрею, что там, позади, действительно слышны какие-то далёкие звуки, похожие на смутное, едва различимое эхо их шагов. Избавиться от этой иллюзии на грани слышимости было невозможно.
– Я тут подумал, – начал он, снова оглядываясь, – ведь там по телефону говорил немец.
– И что? – резко спросил Лёша.
– Ну. в том плане, что это точно был человек, а не. Ну, не та чертовщина, о которой они тут писали.
– Мне кажется, что немец, звонящий тебе по этому телефону из сорок пятого – та ещё чертовщина!
– Оно разломало кирпичную стену, – напомнила Таня. – Изнутри.
– Этого не было написано! – нервно возразила Света. – Там было сказано: нашли разломанную стену.
– Может, они выкопали Балрога? – предположил Лёша. – Строили это метро и наткнулись? Потом попытались замуровать его, но не получилось…
– Очень смешно! – резко оборвала его Света. Ей явно не хотелось развивать эту тему.
Идеально прямой тоннель всё вёл и вёл вдаль. Над головами, подобно километровым столбам, один за другим проплывали плафоны. Минут через пятнадцать друзья замедлили ход.
– Я ничего не хочу сказать, – тяжело дыша, произнесла Таня, – но мне кажется, здесь уже должен быть тот поезд с гранатами. Сколько мы тогда шли от него до станции?
– Где-то столько же и шли. Только тогда мы так не боялись, – спокойным голосом ответил Лёша. Он лучше переносил быструю ходьбу.
– Ну и где тогда он?
– Откуда я-то знаю?! – неожиданно зло выкрикнул Лёша. – Здесь где-то должен быть!
– А мы точно в ту сторону пошли?
– Точно, точно.
– Ну, хорошо. А почему мы не видели замурованной двери?
– Потому что нам сейчас лучше смотреть вперёд, чем по сторонам!
