Существует ли альтернатива западному рынку? Существует. Даже в том виде, в каком коммунизм сложился в Советском Союзе, он стал реальной альтернативой западному образу жизни во всех основных его аспектах. Особенно если выделить в реальном коммунизме то, что образует сущность его социальной организации, что обусловлено его объективными социальными законами, и отбросить то, что было исторически случайным, поверхностным, ошибочным, обусловленным необычайно трудными условиями выживания, внешним влиянием и т. д.
Требуются, естественно, некоторые корректировки теории и практики. Это задача непростая. Но если исходить из исторического опыта русского коммунизма, то эта сложность может теперь быть сведена к минимуму. Ведь мы прошли колоссальный поисковый путь. Многое уже проверено временем. Вспомните: понадобилось несколько десятков лет на то, чтобы в государстве, уже живущем по экономическим законам социализма, сформулировать эти законы.
Почему я применяю слово «коммунизм», а не «социализм»? А применяю это скомпрометированное сейчас слово с целью отмежеваться от разрешенных для пользования терминов «социал-демократия» и разного рода «социализмов», например, хотя бы такого, как бывший шведский или какой другой, в которых от капитализма гораздо больше, чем от социализма.
Чтобы вернуться к прежнему нашему экономическому величию, к нашему свободному труду, к труду на благо тех, кто трудится, нужны героические усилия и историческое терпение. Но какие бы планы по улучшению жизни людей мы ни строили, Россия как точка отсчета роста мировой идейности существовать не будет до тех пор, пока на разговоры о коммунизме наложено табу. Даже на тот коммунизм, который был насквозь пропитан зловонной жижей конвергенции. Но сдаваться не следует, так как будущее за плановой экономикой. Говорят: так это уже было. В том-то и дело, что плановой экономики у нас как раз и не было. Почему – смотри ниже.
По мнению многих аналитиков, шансы Запада по преодолению неизбежных проблем сейчас и в будущем сомнительны, а шансы России (при возрождении) более обнадеживающие. Будущее русской нации неразрывно связано с возможностями российской экономики и с тем, насколько страна сможет дистанцироваться от Запада.
Наша «отсталость», наша естественная невозможность обустроить всю нашу территорию в обозримом будущем могут в очередной раз спасти Россию, поскольку нет ни одного явления в природе и обществе, которое нельзя применить с пользой для человека разумного. И еще раз заостряю внимание читателя на одном нюансе: если бы в России в посткоммунистическое время возобладали тенденции «нормального» капиталистического развития, то на идее «реставрации коммунизма» можно было бы поставить крест раз и навсегда. Но поскольку в стране продолжает твориться, при всей благопристойной видимости, экономический беспредел (наличие коррупции, а главное – криминальная фора для одних и невероятные поборы для других), а все «новые» с их награбленным никогда не получат легитимности, проблема смены ориентиров в экономике рано или поздно созреет до необходимости радикальных мер. Не обязательно это должен быть революционный взрыв со множеством жертв. Мы знаем, что Октябрьский переворот был почти бескровным.
У нас теперь коммунизм еще не победил в умах, но практически
Нет! Я не призываю «закрыться» полностью. Такая изоляция от внешнего мира, или самодостаточность, или изоляционализм, или полное самообеспечение, по-научному называется «автаркия». Ни одна сколько-нибудь разумная экономическая теория не отрицает, что самостоятельная экономика возможна. Но полная автаркия практически невозможна. Самый первейший недостаток автаркии – повышенный расход ресурсов из-за невозможности увеличить серийность производства. Выгодно было бы выменять побольше чего-то «у них» на часть крупной серии, производимой «у нас». Да и невозможно иметь все виды полезных ископаемых. Средства обороны и нетрадиционные виды производств в полной изоляции развивать крайне затруднительно. Но общий принцип должен быть таким: если уж продаем, то только те товары, в которых наименьшая доля стоимости определяется затратами на борьбу с неблагоприятными условиями, а покупаем то, что изготавливать приходится с большими издержками.
