После бурных событий 1905 года часть интеллигенции предчувствовала приближение «катаклизма», некоторые даже ждали его с нетерпением. С 1915 года возникает новая ситуация: и сам господствующий класс, и правительство, и оппозиция в Думе со страхом ожидали наступления грозных событий. Между правительством и народом доверия больше не было. Что касается Думы, то во время Февральской революции 1917 года думцы не знали, выступают ли демонстранты против нее или в ее защиту; не понимали, что надо делать, чтобы предотвратить военную катастрофу, подъем забастовочного движения и городские демонстрации. Дума хотела бы избавиться от «неспособного» правительства, но не знала как. Все сходились в одном: козел отпущения – Распутин. Однако после его убийства в конце 1916 года все убедились в том, что никаких перемен не произошло. Поражение на фронте, понесенное в 1915 году, замена великого князя Николая Николаевича на посту главнокомандующего самим царем, тяжелое положение с продовольствием в тылу, нехватка боеприпасов на фронте, тревога за такое безобразное положение вещей вызвали бунт среди «активных слоев населения». Буржуазные деловые круги, земские деятели, военное командование, предчувствуя приближающуюся опасность, – прежде всего, революции в самый разгар войны, – подготавливают выступление против Николая II как бездарного царя. Чтобы спасти Россию и царизм, его надо заменить.
И началось как бы с малого. «Нерадение» правителей, как говорили в то время, приводит к созданию различных обществ, которые получают у царя или правительственных деятелей разрешение оказывать правительству помощь в спасении России. Естественно, им приходилось действовать с большой осторожностью, дабы не обидеть высшее чиновничество, ревниво оберегавшее свои права. Первым показал пример «Красный Крест»: эта поначалу скромная организация постепенно берет в свои руки управление всеми медико-санитарными делами страны. Земства также объединились в возглавляемый князем Г. Е. Львовым Всероссийский земский союз, который занимался делами беженцев, размещением военнопленных и т. д. Затем был организован Центральный военно-промышленный комитет, созданный и возглавляемый Гучковым. Целью его было «рационализировать» производство продукции, предназначаемой для фронта. Одновременно из-за нехватки продовольствия и товаров в тылу образовалась большая сеть потребительских кооперативов: в 1917 году функционировали 35 тысяч кооперативов, охватывавших 10 миллионов членов. Правительственная администрация видела, как постепенно ее функции переходят в другие руки, но была бессильна затормозить это движение. Не отдавая себе в этом отчета, русские люди начали управлять собой сами: и армия, и промышленники, и даже потребители. Революция еще не победила в умах, но начала осуществляться в делах.
Легальная оппозиция, так же как и различные общества и земства, оставалась довольно нерешительной, и люди, вынашивавшие одинаковые идеи, начали консолидироваться, чтобы действовать в одном направлении, в частности в Думе, когда пришло к концу временное прекращение ее деятельности, объявленное в 1914 году. По инициативе октябристов большинство депутатов объединились в «прогрессивный блок», к которому примкнуло несколько членов Государственного совета и министры. Цели деятельности блока оставались довольно умеренными, поскольку он даже не осмеливался потребовать ответственности министров перед Думой и заявлял лишь о доверии или недоверии правительству. Присутствовали, конечно, и требования изменения методов управления, прекращения преследования лиц, не совершавших преступлений, возвращения административных ссыльных, прекращения преследований по религиозным мотивам, отмены мер, принятых против евреев, восстановления украинской прессы, деятельности профсоюзов, а также различных видов взаимопомощи и т. д.
Одновременное проведение различных демонстраций говорило о наличии (уже) централизованной организации: между подпольными кружками в России – большевиков, меньшевиков, эсеров и анархистов – и их руководством за границей. «Военные неудачи помогают расшатывать царизм, – писал Ленин из Швейцарии Шляпникову, находившемуся в России, – и облегчают союз революционных рабочих России и других стран».
Ленин трудился в это время над книгой «Империализм как высшая стадия капитализма», где впервые показал, что, вопреки представлениям социалистов до 1914 года, революция разразится не в той стране, где капитализм наиболее силен, а в экономически слабо развитом государстве, которое не сможет выдержать военных усилий. Это опрокидывало догматические установки марксизма. Более вероятной становилась революция в России, чем в какой-либо иной стране.
ГЛАВА 7 КТО ТОЛКАЛ ПАРОВОЗ?
