Россия на перепутье полностью

Ой, извините, при рынке управлять не надо… А почему же в государственном аппарате США работает от 17 до 20 процентов населения страны? А в СССР было всего 12. Наиболее важные решения принимались аппаратом ЦК КПСС. Несмотря на то что в его структуре были отражены все стороны жизни государства, в полной мере управление было недостаточным. Неадекватным было прежде всего соотношение между числом объектов управления и числом управленцев. А все аспекты жизни общества усложнялись. Во всем аппарате ЦК КПСС было всего две тысячи работников-функционеров. Для сравнения приведу цифру: количество работников в одном из зданий международного валютного фонда – восемь тысяч функционеров. Нам нужно было для выполнения возникавших задач увеличить главный штаб страны на порядок. Удивительно: каким колоссальным потенциалом обладает плановая экономика, если при недостатке управленцев, их перестраховке, массе искусственных препятствий новшествам, безответственности и ничегонеделании властей и всех бюрократических препонах, страна существовала, кого-то догоняла и перегоняла?

История свидетельствует, что аппарат любого государства в той или иной мере подвержен бюрократической трансформации. В результате бюрократия неизменно оказывается «встроенной» в систему власти и управления, в административный, хозяйственный, правоохранительный и прочие аппаратные структуры. Административно-бюрократический аппарат, призванный жестко, централизованно («сверху») регулировать поведение каждого человека, что имело место и при Сталине, и после, постепенно начинал терять содержательную сторону своей деятельности. Социализм, впервые в истории цивилизации дававший возможность резко сократить проявление в деле управления бюрократизма, максимально использовать государственный аппарат во имя созидательных целей – свободного развития личности, роста материального и духовного богатства общества, ввиду объективных обстоятельств (на первом месте из которых – борьба за власть) не в полной мере использовал такую возможность. Неудачи в этих попытках были сведены к «проискам контрреволюции», что открывало беспредельные возможности для развития карательной части госаппарата, а на этой базе – для формирования всесильной бюрократии.

Из суждений классиков марксизма следует, что коммунизм в принципе отрицает бюрократию. Не случайно Ленин писал, что в борьбе с бюрократизмом мы сделали то, чего ни одно государство в мире не сделало: «Тот аппарат, который насквозь был бюрократическим и буржуазно-угнетательским, который остается таковым даже в самых свободных буржуазных республиках, – мы его уничтожили до основания». Это, однако, не исключило возможности появления у нас новой бюрократии. В декрете ВЦИК «О государственном контроле» (1919) записано: «Старый бюрократизм разбит. Но бюрократы остались. Войдя в советские учреждения, они внесли туда дух косности и канцелярской волокиты, бесхозяйственности и распущенности».

Многодесятилетняя история самовоспроизводства коммунистической бюрократии высветила такие черты, свойственные ей как социальному явлению, которые получили «прописку» даже там, где ее присутствие, казалось бы, лишено всякого смысла, иррационально, – например, в сфере производств, где создаются материальные ценности, или в сфере обслуживания, где все должно быть подчинено интересам человека. Сама по себе бюрократия может поставить дело так, что человек сам будет подчинен сфере обслуживания, и ему придется обеспечивать интересы этой сферы и работающих в ней людей.

Есть основания утверждать, что угасание темпов экономического роста, появление и быстрое развитие механизма торможения, усложнение многих проблем социально-культурного развития СССР связаны с интенсивным нарастанием в обществе бюрократических процессов. Коммунистическая система управления должна была совершенствовать свои плановые начала, но, увы, ее стали раздирать противоречия.

Причины такие.

Первая – в управленцы попадали люди, которых к управлению людьми нельзя было подпускать и на пушечный выстрел. Стяжателям никогда не должно быть места в управленцах.

При отборе кандидатов на посты в аппаратах власти и в контролирующих органах всегда рассматривалось несколько кандидатур, но предпочтение отдавалось «позвоночным» кандидатурам, рекомендованным телефонным звонком.

Вторая – руководящие работники коммунистической системы, с одной стороны, стремились к мелочному контролю за всем, как к самому простому средству, не требующему никаких интеллектуальных усилий, а с другой стороны, они стремились избавиться от всякой ответственности за ход дел и пустить все на самотек, зная, что внизу «сами знают, как лучше». Главным было – выглядеть умным и покладистым в глазах начальства и строгим – в глазах подчиненных.

Третья причина – коллегиальность, родная сестра партийности. Руководила всем все-таки партия, а в ее руководстве сосредоточивались серые и посредственные люди. Давно известно, что в политику идут не преуспевшие в других делах.