Экономическая теория поэтому рассматривает данные промежуточные отношения, выступающие опосредованными элементами экономических отношений.
Экономические законы, несмотря на свой относительно общий характер, имеют различные результаты своего проявления в различных исторических условиях и в различных странах.
Порождаемое рыночной экономикой неравенство и страдание взялись объяснять философией (Мальтус). Переделав эволюционное учение Дарвина в социал-дарвинизм, идеологи рыночной экономики (Герберт Спенсер и др.) черпали оттуда аргументы для обоснования естественного права, предполагающие вытеснение и гибель слабых, неспособных или отстающих в своей эволюции, то есть объяснили необъяснимое: социальное расслоение, мол, – «естественный» порядок и освящен наукой.
Одним из выражений дуалистичности всего мироощущения Запада является дуализм западной политэкономии (в принципе отрицавшийся русскими социальными философами и экономистами; они отрицали и статус политэкономии как науки). Поскольку политэкономия связана с идеологией, показательным является сокрытие западной наукой некоторых исходных постулатов и моделей. И задачей любого мыслящего человека является
И тогда можно прийти к выводу, что рыночная экономика – относительно недавняя социальная искусственная конструкция, возникшая как глубокая мутация в определенной специфической культуре. Поэтому, чтобы замутить людям мозги, рынок представлен его идеологами просто как механизм информационной обратной связи, стихийно регулирующий производство в соответствии с общественной потребностью через поток товаров, то есть как механизм контроля, альтернативный плану.
Буржуазная политическая экономия нашего времени, используя упомянутые нами экономические взгляды Аристотеля, неправильно трактует понятие «стоимость товара». Ей выгоднее стоимость товара трактовать как субъективную, то есть зависящую от полезности его. Более того, она меновую стоимость выводит из интенсивности желания потребителя и из наличия рыночного запаса данного товара. Стоимость становится величиной случайной, «конъюнктурной». Проблема стоимости уводится в сферу субъективных оценок, а стоимость здесь теряет общественный характер, перестает быть отношением между людьми. Субъективная теория стоимости и все связанные с ней представления буржуазной политической экономии в принципе исключают эксплуатацию и классовые противоречия.
Прибавочная стоимость – это та часть стоимости товаров, производимых в капиталистическом обществе, которая создается трудом наемных рабочих сверх оплачиваемой капиталистом стоимости их рабочей силы. Она безвозмездно присваивается классом капиталистов. Прибавочная стоимость составляет цель капиталистического производства, ее создание и присвоение – общий закон капитализма.
Политическая экономия как самостоятельная наука возникла лишь в мануфактурный период развития капитализма, когда в недрах феодального строя складываются уже значительные элементы капиталистического производства и буржуазных отношений. Человека, который впервые ввел в социально-экономическую литературу термин «политическая экономия», звали Антуан Монкретьен, сьер де Ваттевиль. Его «Трактат политической экономии» вышел в свет в 1615 году в Руане. Труд был предан забвению, а термин сохранился. Монкретьен был также одним из видных представителей меркантилизма. Меркантилизм был главным направлением экономической политики и экономической мысли в ХV – ХVII веках. Если попытаться кратко выразить его сущность, то она сводится к следующему: в экономической политике – всемерное накопление драгоценных металлов в стране и в государственной казне; в теории – поиски экономических закономерностей в сфере обращения (в торговле, в денежном обороте). В эпоху преобладания торгового капитала сформировался принцип – купить, чтобы продать дороже. Разница мыслится в форме желтого металла. О том, что разница может возникнуть только из производства, только из труда, не задумываются. Продать за рубеж больше, чем покупается за границей, – вот верх государственной мудрости меркантилизма.
Меркантилизм представлял собой предысторию буржуазной политической экономии, как эпоха первоначального накопления представляет собой предысторию буржуазного способа производства. Сам термин «первоначальное накопление», видимо? впервые употребил Адам Смит: он писал, что условием роста производительности труда на основе развития многих связанных между собой отраслей производства является первоначальное накопление капитала. Маркс тоже говорит о «так называемом первоначальном накоплении», но ставит под сомнение трактовку Адама Смита. Но со времен Смита этот термин укрепился в буржуазной науке и приобрел особый, благопристойный для буржуазии смысл.
