Тьма начала сгущаться. Она текла, как живая субстанция, растекаясь по разрушенной земле. Ветер, ещё секунду назад дразнящий развалины, внезапно набрал силу, принеся с собой запах гари и разложения. Он завывал, вырывая из камня песчаную пыль и едва слышимые шёпоты.
Пальцы Рейны зарылись в ткань плаща. Морания, напротив, выглядела почти расслабленной, её глаза поблёскивали в отблесках умирающего солнца.
А затем раздался рык.
Глухой, утробный звук разнёсся по пустоши, словно его источником было существо, не принадлежавшее этому миру. Елена ощутила, как её сердце пропустило удар, прежде чем ускорить ритм. Что-то древнее и зловещее пробудилось в этом проклятом и мертвом месте.
Арис, стоявший рядом, стиснул зубы, его пальцы сжали кинжал, а взгляд метнулся к княгине, ожидая её приказа. Гермес, не произнеся ни слова, вытащил меч, его тело было неподвижным, словно он ждал удара.
Морания медленно подняла голову:
— Ах, как долго они сюда не могли попасть и наконец дошли, — протянула она с тенью усмешки. — Почти трогательно.
Елена шагнула вперёд, не отводя глаз от надвигающейся угрозы. Её пальцы судорожно сжались в кулак, ногти впились в ладони. Дыхание стало частым, коротким, но она не позволила себе поддаться страху. Светловласая видела, как Эссельтир медленно подняла голову и её взгляд заострился.
— Они здесь, — холодно произнесла Царица-кочевница, но в голосе не было ни страха, ни сомнений.
Тьма забурлила, собираясь воедино, словно сама земля выталкивала из своих глубин древнее зло. Из разломов, зияющих в почерневшем грунте, начали выползать уродливые твари. Их тела напоминали сгустки мрака, плоть будто соткана из живого дыма, непрерывно изменяясь и извиваясь в судорожных конвульсиях. Изгибающиеся конечности были длинными и искривлёнными, словно сломанные кости, их когти сверкали в тусклом свете, будто осколки обсидиана. Вместо лиц у них зияли пустые дыры, из которых исходило мерцающее красное свечение, источающее голодную ненависть. Их пасти раздирались в беззвучном крике, обнажая бесконечные ряды изогнутых зубов, созданных, казалось, только для разрывания плоти. В их движениях не было ничего человеческого — резкие рывки, резонансные дрожания, словно их тела не подчинялись законам природы. Они извивались, переплетались друг с другом, как живые тени, а воздух вокруг них потрескивал от напряжения, будто само пространство пыталось отторгнуть их существование. Каждое их появление сопровождалось зловещим треском, словно ткань реальности трескалась под их натиском. Первые монстры сделали шаг вперёд, и земля задрожала под их тяжестью, предвещая надвигающийся кошмар.
Хейдрал вскинул меч, мышцы его напряглись, взгляд стал тяжёлым.
Первое чудовище сделало шаг вперёд. Камни под его лапами хрустнули, и этот звук прозвучал как предвестник ужаса. Арис сжал зубы, перенося вес на правую ногу, готовясь к атаке.
А потом раздался новый рык, гулкий и протяжный, и земля содрогнулась. Морания скользнула взглядом по группе, её голос стал резким:
— Держитесь! — раздался голос Морании, властный и твёрдый, как сталь. Она подняла посох, и мгновенно его кристалл загорелся ярким, ослепительным светом. В тот же миг от её фигуры во все стороны разошлась волна искр. Свет, нисходящий с посоха, прорезал мрак, как раскалённый клинок, разрывая его на части, будто осколки древнего, забытого кошмара. Чудовищ отбросило назад. В одно мгновение они рассыпались в плотные клубы чёрного дыма, но этого этого было недостаточно, чтобы разрушить их до конца
С приглушённым рёвом тени вновь сомкнулись, собираясь воедино. Их тела стали массивнее, когти — длиннее. Монстры бросились вперёд, разрывая землю под собой. Воздух наполнился зловониями, а каждое движение этих зверей издавало зловещий треск, словно ломались сухие ветви.
— Назад! — проревел Гермес. — Бежим! Всем немедленно отступать!
Но кочевники не сдвигались с места.
— Вы слышали, что он сказал? Отступаем! — крикнула Эссельтир и двинулась с места, не дожидаясь пока пасти чудовищ доберутся до ее шеи.
На этот раз кочевники не ждали повторного приказа. Солдаты быстрым, отточенным движением развернулись и пустились бегом через разрушенные улицы. Лязг доспехов сливался с шумом хаоса, но их шаги оставались уверенными. Хейдрал схватил Елену за руку, не давая ей остаться в оцепенении.
— Их слишком много, — процедил он. — Бежим!
Елена рванула вперёд, следуя за остальными. Земля сотрясалась от ударов тяжёлых лап монстров, их злобный рёв заполняли воздух. За каждым поворотом виднелись клубы тьмы, пытавшиеся отрезать им путь, но Морания раз за разом поднимала свой посох, создавая вспышки огненных искр, попадавших прямо в пасти чудищ, отчего они несвязно завывали и расступались в стороны, позволяя людям продвигаться дальше. С каждым разом вспышки становились ярче, а дыхание кочевников — тяжелее.