— О Вас во дворце ходят не самые лестные слухи, зодчий Арис. Поговаривают, будто Вы делите ложе с мужчинами, а порой и вовсе устраиваете его в хлеву вместе с домашним скотом.
— И Вы верите тому, что обо мне говорят? — спокойно спросил мужчина, выровнявшись перед Помещицей и собрав руки за своей спиной.
Черты лица Ариса были острыми, с чёткими скулами и прямым носом, придающими ему вид воинственного аристократа. Легкая тень на подбородке и светлые глаза, в которых скрывалась неизбывная решимость, заставляли других воспринимать его не только как благородного, но и опасного человека. Его волосы, темные и волнистые, были уложены в аккуратную, но слегка взъерошенную прическу, что добавляло ему несколько небрежного, но всё же привлекательного вида. Казалось, будто он мог мгновенно привести себя в порядок, но предпочитал скрывать свою тщательность за внешней простотой.
Зодчий был облачен в изысканную мантию, но в отличие от остальных, её стиль был гораздо более сдержанным и утонченным. Мантия, ткань которой мягко струилась до земли, была выполнена в темных оттенках серого и синего, без лишней роскоши. Плечи были подчеркнуты, и, несмотря на очевидную элегантность, она не скрывала силу мужчины, подчеркивая его стройную, но мощную фигуру. Элементы отделки были простыми, но с явным налётом аристократизма: серебристые вышивки на воротнике и манжетах, как изысканные акценты, едва заметные на фоне общей сдержанности.
Особенно выделялись детали на его поясе, где был закреплён небольшой меч в изящных серебряных ножнах, который выглядел скорее как символ статуса, чем оружие для сражений. На его запястьях блеск металлических браслетов контрастировал с мягкостью ткани его мантии, добавляя в его образ долю мужской силы, но без лишней грубости. Каждое его движение было плавным, но уверенным, как у того, кто не жаждал привлекать внимание.
Его глаза, светлые и пронизывающие, точно два глубоких озера, были главной особенностью его внешности, выдающей в нём силу и внутреннее напряжение. Казалось, что в этих глазах заключены тысячи мыслей и вопросов, которые он умело скрывал за внешней невозмутимостью. Он не стремился произвести впечатление, но его присутствие ощущалось всеми — как тень, следовавшая за каждым его движением. Княгиня прониклась к нему уважением за одну черту: зодчий всегда смотрел прямиком на неё, не страшась и не заискивая перед нею. Мужчина всегда был прямолинеен.
И ещё одна его черта, которую княгиня полностью разделяла — Арис терпеть не мог северян. Однажды жизнь Зодчего чуть не оборвалась, когда на него напали жители вражеских земель. И с тех пор на шее мужчины красовался глубокий шрам, как напоминание о схватке, из которой он едва вышел живым. На помощь подоспела магия. Оказавшись на волоске от смерти и едва не испустив последний вздох, он оттолкнул от себя нападавшего мощной волной магической энергии. Верёвку разорвало на части, враг оказался повержен, а сам Арис запомнил на всю оставшуюся жизнь одно единственное правило: Северяне — враги, и любая попытка наладить контакт с ними приводит к плачевным последствиям. Зодчий всей душой проклинал северные земли а так же их жителей, желая им сгинуть в Темени. И княгиня, не раз оказывавшаяся на краю по воле помещиков из Самоцветовой горы, возненавидела своих соседей.
Не догадывалась помещица лишь об одной его черте: непримиримости, которая не раз лишала зодчего возможности построить крепкий союз — любая барышня, что не соответствовала лишь одному ему известным ожиданиям, тут же была спроважена из его общества. Так, Зодчий мог жениться уже добрые три раза, но в последний момент девы оказывались им отвергнуты.
Невозможно было не заметить, как его внешность, несмотря на свою красоту, носила на себе отпечаток пережитых боевых испытаний и дорог, которые он прошел, прежде чем стать тем, кем является сейчас. На вид Арису было около тридцати лет, но на самом деле он куда старше.
— Хочу отметить, что я не вижу никаких следов соломы или грязи хлевов на Вашей одежде, Арис, — подытожила Елена, внимательно осмотрев аккуратную и чистую одежду Зодчего. — И верить слухам я не привыкла. Так и у меня могут статься живые наследники где-то на другом краю Меридиана, но мы-то с Вами знаем правду.
Она горько усмехнулась, и после продолжила.
— Я не хочу, чтобы моего приближенного и главного Зодчего Запада за спиной обливали помоями. И рекомендовала бы Вам не тянуть с женитьбой, чтобы обрубить любые порочащие Вас слухи. Найдите ладную барышню, Арис. Женитесь, заведите детей.
— Это приказ, Ваше высочество? — осведомился Зодчий.
— Нет, считайте это дружеским советом со стороны человека, который беспокоится.