Только сейчас Помещица заметила, что в лазарете не так уж и светло, как показалось ей ранее. Словно бы светом эти стены наполняло далеко не солнце. Елена не сводила взгляда с одежд незнакомки. Синяя накидка была сделана из хорошей плотной ткани. Не заметила она ни потёртостей, ни дырок. Простой крестьянке подобная одежда пришлась бы не по карману. Даже если София соврала ей, и на самом деле она родом из Самоцветовой горы, Помещица готова была сделать всё, чтобы Яков не заполучил её обратно. Хотя бы потому, что источник оказался найден на её землях. И незнакомая заклинательница — а иной человек и не нашел бы сияющий столб света просто так — наверняка станет полезна. И проведя с Софией несколько дней, Княгиня точно сможет узнать, за какие крючки нужно будет потянуть, чтобы дева осталась на их стороне. Но если же выйдет так, что перед нею оказалась шпионка… Елена старалась об этом не думать.
— От деревни сюда два дня пути, — негромко произнесла Елена, подперев щёку тонкой ладонью. Её взгляд был прикован к Софии.
— Два дня? — эхом отозвалась девушка, и в её голосе прозвучала лёгкая нотка удивления. Она на мгновение замолчала, взгляд её затуманился, будто она всё ещё была где-то между сном и реальностью. София оглянулась, словно желая убедиться, что всё вокруг не является продолжением её грёз.
Елена молчала, сдержанно кусая внутреннюю сторону губы, и эта мелкая привычка, которую никто бы не заметил, выдавала её размышления.
— Это… долго, — наконец произнесла София, её голос дрогнул, и она слегка прижалась спиной к изголовью кровати, будто защищаясь от чего-то невидимого.
Княгиня продолжала наблюдать за ней, внимательно изучая каждую перемену в выражении её лица. Вопрос, который она собиралась задать, рождался в глубине её мыслей, будто боясь нарушить хрупкий покой собеседницы.
— Ты не помнишь, как попала сюда? Что произошло прежде, чем ты очнулась здесь? — наконец спросила она, её голос прозвучал мягко, но с ноткой властности, от которой невозможно было уклониться.
София, словно наткнувшись на туманное воспоминание, ненадолго замерла.
— Нет, Ваше Высочество, — её голос звучал тихо, и в нём слышалась неуверенность. — Я была в своей избе. Раскладывала травы, как всегда. И вдруг… вдруг я услышала шепот.
Елена застыла, едва сдержав тихий вдох. В её зелёных глазах мелькнуло что-то, чего София не могла разгадать. Княгиня не торопилась с ответом, её пальцы нервно постукивали по юбке платья.
— Шепот? — переспросила она, интонация выдавала лёгкое недоверие, смешанное с интересом.
София медленно кивнула.
— Да… — прошептала она, её пальцы беспокойно крутили край простыни. — Я услышала его, тихий и неразборчивый. Он словно пробудил во мне что-то… чужое. Всё вокруг стало чёрным, и вдруг передо мной возник столб света. Он притягивал меня к себе. Я чувствовала, как он проникает в меня, словно мы стали единым целым. А потом — пустота. Всё исчезло.
Елена молча смотрела на неё, пытаясь осмыслить услышанное. Слова девушки казались невозможными, и всё же в них не чувствовалось фальши. Никто, кроме шепчущих, не мог слышать этот зов. Никто, кроме избранных.
— А ты ничего… ничего не говорила, когда соединялась со столбом света? — осторожно спросила княгиня, её голос стал тише, будто она боялась разрушить нить повествования.
София задумалась, её тёмные брови сошлись, образуя глубокую складку на лбу.
— Нет, — она покачала головой, её взгляд устремился куда-то вдаль, словно она пыталась вернуть ускользающие образы. — Я не произнесла ни единого слова. Просто вошла в него, и всё вокруг погрузилось во тьму.
Елена прищурилась, её мысли вихрем пронеслись в голове. Воспоминание о том дне, когда она сама прикоснулась к столбу света, вспыхнуло перед её глазами. Она помнила тот странный голос, звучавший в её голове, но не могла воспроизвести его. Голос, заполнявший её разум словами, от которых пробегали мурашки по коже.
Княгиня поднялась с ложа медленно, словно её тяготила невидимая тяжесть. Её пальцы бессознательно гладили ткань чёрного платья, словно пытаясь нащупать утешение в привычной текстуре материи. Тонкие кольца на её руках блестели в лучах закатного солнца, проникавшего в комнату через высокое окно с узорной рамой.
Елена подошла ближе, остановившись перед стеклом, которое отражало её стройную фигуру и ясные зелёные глаза, в которых притаилась тень раздумий. За окном раскинулся внутренний двор Чёрного Замка, где величественные дубы трепетали под легкими порывами вечернего ветра. Прямо среди них виднелось еще одно дерево, с чёрной листвой и такими же чёрными плодами мандаринов. Его листья, сиявшие золотом от света заката, мягко колыхались, словно шептали о древних тайнах Запада. Птицы, не обращая внимания на тревоги человеческого сердца, разливали свои мелодичные трели, наполняя воздух беспечной гармонией.
Княгиня, однако, не слышала этих звуков. Её мысли витали далеко отсюда, в пучине сомнений и решений. Она вдыхала пряный вечерний воздух, что проникал в комнату, смешивая ароматы свежей травы и древних камней.