Арис снова посмотрел на чёрный кристалл, который теперь лежал безжизненно на каменном полу, как будто весь мир снова стал неподвижным. Этот камень, который ранее был источником силы и света, теперь казался просто кусочком мёртвого камня, не несущим ничего, кроме безмолвной тени. Но мужчина знал. Он знал, что это не просто камень. В кристалле была неведомая ему сила.
Сквозь узорчатые витражи покоев помещицы сочился холодный рассвет. Свет стекал с них, будто жидкий мёд, падая на изрезанные временем мраморные полы. Воздух был густым, пропитанным сыростью прошедшего дождя, и казалось, что старые стены Чёрного замка впитывали в себя этот влажный аромат, оставляя его в трещинах вековых камней.
Княгиня стояла у окна, опираясь на резную каменную колонну в форме виноградной лозы. Её платье из плотного зелёного бархата с тонкой золотой вышивкой отражало тусклый свет, придавая ей величественную неподвижность. На шее покоился медальон с изображением жар-птицы. Тонкие пальцы княгини то и дело перебирали цепочку, перетягивая украшение из стороны в сторону.
Она смотрела вдаль, где туман обнимал верхушки деревьев, а горизонта почти не было видно. Молочная пелена застилала леса, словно покрывало укладывалось на ложе. Леса и холмы сливались в одну необъятную, безликую массу. Линия горизонта растворялась, и казалось, что земля и небо заключили негласный союз, скрыв от глаз все пути и границы. Сердце её было сковано тяжёлым грузом.
«Что за лихо мы пробудили… Сколько ещё ударов мне предстоит выдержать? И хватит ли у меня сил, чтобы выстоять?» — помещица спрашивала саму себя, но нигде не могла найти ответа. Лишь тишина, прерываемая легкими порывами рассветного ветерка, окутывала её.
Мысли помещицы метались, словно звери в клетке, между воспоминаниями о прошлом и тревогой о будущем. Фантом матушки, столь призрачный, словно вновь предстал перед нею. Её строгий, но добрый взгляд, её мягкий голос, который всегда находил нужные слова. И Елена готова была взмолиться ей, упасть на колени. Ей всегда казалось, что княгиня Рейна знала больше. И точно знала, как поступить. И сердце помещицы вновь скрепили неразъемные тиски горечи. С глаз княгини не упало ни единой слезинки, а внутри она готова была отдать что угодно, в том числе и свою жизнь, лишь бы на мгновение вновь увидеть матушку. Поговорить с нею. Спросить совета.
«Что мне делать…» — горько думалось помещице, пока взгляд ее зеленых глаз бродил по укутанной туманом лесной опушке. Внутри разгорался огонь отчаяния, но лицо её оставалось непроницаемым, как будто кости помещицы были сделаны из гранита.
Тишину разорвал стук в дверь, затем еще один. Глухо, настойчиво. Княгиня вздрогнула, вынырнув из горького омута своих мыслей:
— Войдите, — произнесла она, не оборачиваясь.
Дверь открылась, и внутрь вошёл генерал Хейдрал. Его тяжелые сапоги, обитые железом, гулко стучали по каменному полу, выдавая спешку. На плечах блестели наплечники из серебра, выгравированные гербом Чёрного замка. На груди лежал нагрудник, затянутый ремнями. Тёмный плащ, обрамлённый мехом, чуть развевался позади него, добавляя тяжести его внушительному облику. Генерал остановился в нескольких шагах от княгини, сложив руки за спиной, его лицо было суровым, словно вырезанным из камня.
— Княгиня, царская дружина уже близко. Через два дня они достигнут замка, — его голос был низким и резким.
Помещица молча кивнула, не отрывая взгляда от окна. Её лицо оставалось бесстрастным, но пальцы сильнее сжали цепочку. Костяшки побелели. Глаза помещицы слегка сузились.
— Сколько их? — спросила она, её голос прозвучал ровно, но тревога в нём была заметна.
— Небольшой отряд, но это не просто разведка. Разведчики и шпионы напрямую по тракту не идут. Они обычно в лесах скрываются, да в деревнях уши греют, — продолжил Хейдрал.
— Они идут за мной, — сказала Елена, наконец оборачиваясь и отпустив цепочку. Её зелёные глаза встретились с суровым взглядом генерала.
— Или за Гермесом, — произнёс он, покачав головой.
— Но это неважно, за кем, госпожа. Их цель — нас ослабить, — генерал говорил прямо, его лицо оставалось суровым. — Слухи ходят не только вне стен Черного замка, но и внутри него. Царь может объявить войну Западу.
Елена сделала шаг к столу, на котором лежала карта западных земель. Её земель. Княгиня внимательно посмотрела на отмеченные белоснежными столбами источники, находившиеся в её владениях. Было бы глупостью считать, что созданные Арисом цитадели останутся для врагов незамеченными. Нет, шпионы Царя все методично собирали, факт за фактом, свиток за свитком. Чтобы, наконец, заявиться с требованием на порог. Княгиня догадывалась о том, чего именно хотели солдаты. Она провела рукой по старой коже, отмеченной точками деревень, застав и лесов. Её взгляд остановился на трактах, ведущих к границам её владений, прежде чем поднять обратиться на Хейдрала.
— Что же, раз царская дружина пожаловала к нам в гости… — сказала она спокойно, но её голос звенел в тишине комнаты, словно звон меча. — То мы будем готовы.