Рожденная эфиром полностью

– Долгие годы только желание вернуться к жениху заставляло меня просыпаться по утрам. Но в какой-то момент я поняла, что его, наверно, давно похоронили, и просыпалась просто по инерции. Люди столько не живут… – Я запнулась.

Юдай пристально смотрел на меня.

– Ты была помолвлена?

Я кивнула.

– Давным-давно. Годы и годы назад… – Груз украденных у меня лет висел на моих плечах, словно куртка с набитыми свинцом карманами. Слезы второй раз за день подступили к глазам. Мне казалось, я смирилась с утратой, но нет, стоило вернуться домой, как бы сильно ни изменилось все вокруг, и боль вновь полоснула по сердцу истертым ножом.

– Не печалься, – мягко сказал Юдай. – С тамаши тебя ждет удивительное, полное невероятных возможностей будущее. И как симпатичную девушку, и как бессмертную ханта. Всегда будет чем заняться.

Я улыбнулась трясущимися губами, благодаря его за поддержку.

– А как насчет тебя? Ты продолжишь охотиться? – полюбопытствовала я, вытирая непролитые слезы.

– Пока да, – кивнул он. – Надеюсь, я почувствую, когда снова придет время где-то осесть. Мне всегда казалось, что было бы неплохо получить человеческий опыт, дети и все такое. Я вроде как попробовал, но ничего не вышло… – Он скорчил гримасу и пожал плечами. – Думаю, для ханта важно знать, каково это – жить обычной человеческой жизнью. – Он откинулся и, заложив руки за голову, потянулся. – Но сейчас я никогда не бываю так счастлив, как во время полета в эфире. Там, наверху…

– Настоящая чистота и совершенство, – подхватила я, вспоминая, как мое маленькое «я» исчезло и осталось только ощущение безграничной любви и свободы, разлитое по эфиру. Где-то там, на высоте больше девяти километров, в тонком слое озона находится рай для ханта, прохладное пустое пространство, так поразившее меня своей запредельной красотой. Интересно, каково будет снова оказаться там, но уже вместе с моим тамаши?

– Да, – подтвердил Юдай. – Жаль, мы не можем остаться там навсегда. – Он душераздирающе зевнул. Так заразительно, что я зевнула тоже.

Он привстал, снял жилет, бросил его на изножье кровати, переполз на нее и повалился на спину. Двигался он так спокойно и естественно, что у меня не возникло никаких возражений. Я усмехнулась:

– Саке одолело? – Встала, размяла ноги – находилась за день, – сгребла стаканчики из-под мороженого и, отыскав под раковиной мусорное ведро, отправила их туда.

Юдай тяжело вздохнул, закрывая глаза.

– Просто устал. И сыт.

– Тогда я пойду, не буду мешать, – я повернулась к двери. У меня на языке вертелось попросить у Юдая телефон, электронную почту или что-то в таком роде, но прежде чем я открыла рот, он открыл глаза.

– Оставайся, Акико. Здесь ты в безопасности, – он повернулся на бок и поднял длинную руку, – маленькая ханта.

Не чувствуя и тени сомнений, я забралась в постель и свернулась калачиком, прижавшись спиной к груди Юдая. Он накрыл меня рукой, я, ощущая тепло его могучего тела, расслабилась и через несколько минут сладко заснула под надежным крылом.

По привычному ощущению пустоты в кровати я почувствовала, что Юдай ушел, еще до того, как открыла глаза, перевернулась на другой бок и посмотрела на оставленную его головой вмятину в подушке. Там, в ямке, лежала сложенная записка. Я села и развернула ее. Почерк Юдая меня позабавил. Жирные росчерки с красивыми изгибами гласили: «Оставайся, сколько захочешь. Мой дом – твой дом. Ушел проверить свою цель». Ниже был нацарапан, видимо второпях, номер телефона с припиской: «На случай, если тебя не будет, когда я вернусь».

Я записала номер в свой смартфон и отправила Юдаю сообщение, чтобы он знал мой. И услышала характерное жужжание, доносящееся из прикроватной тумбочки. Его мобильник остался в квартире. Ничего удивительного – Юдай покинул ее в облике птицы и все свои вещи оставил тут. При ближайшем рассмотрении джинсы, футболка с жилетом и нижнее белье, аккуратно сложенные, обнаружились на стуле у окна, а кроссовки стояли под ним. Мне стало интересно, как Юдай собирается проникнуть в свое жилье после возвращения. Должно быть, где-то снаружи спрятал ключ. Ветерок приподнял занавеску перед балконной дверью. А, так она не закрыта, как и окно у меня в номере! Тогда и ключ прятать не надо, влетай себе на здоровье.

Лениво размышляя о пользе оставленных открытыми дверей и окон, я вспомнила о вакидзаси, слезла с кровати и поплелась в ванную: справила нужду и побрызгала в лицо водой. Потом я натянула башмаки и, покинув квартиру Юдая – дверь с легким щелчком захлопнулась за мной, – отправилась в свой отель.

По дороге я купила свежий апельсиновый сок с мякотью и, потягивая его через широкую трубочку, на ходу принялась просматривать сообщения и фотографии в нашем общем с подругами чате.