Марево исчезло, обнажив еще один арочный проход. Я подняла голову, мой взгляд упал на крупный сапфир в искусной прорези.
— Ничего странного не замечаете? — спросила я.
И поняла, что нахожусь в коридоре одна. Я спешно оглядывалась, пытаясь понять, где я и где мои спутники. Их не было! Неужели их все же унесло в океан? Это был бы самый неблагоприятный исход.
Из тьмы на меня вдруг что-то навалилось. И это была не тварь, не человек, вовсе не живое существо. Меня пригвоздили к полу, рассматривали, как диковинную зверушку, проникали черными когтями под кожу, разрывая вены. Давление магии усилилось, меня словно поддели острым крюком за живот. Где-то вдалеке я расслышала встревоженный голос Мааррха:
— Что, что с ней? Что происходит? Я говорил тебе…
И голос Йитирна, явно не справлявшегося с ситуацией в одиночку.
— У меня не было выбора! Мы бы не смогли…
Габриэль скулил от боли, перед моими глазами яркими пятнами расползалась кровь. Над волком возвышалась фигура, слишком размытая.
Над ухом прогудел низкий звук. Я заметалась, закричала от невыносимой боли. Невозможно. Тяжело дышать. Холодно. Крюк рванул вверх, магия расплющила мои кости, заставила кровь затвердеть. Свист в ушах усиливался, я ощутила дьявольскую боль. В один миг все прекратилось.
И в гулкой тишине я услышала эхо чьих-то шагов.
Комментарий к Глава 30. Наследие
Глава вышла бы раньше, но мой компьютер решил не сохранять предыдущую версию, насчитывающую примерно столько же страниц, поэтому потребовалось время все переписать.
Сюжетный поворотище будет ожидать вас в следующей главе.
Отзывы по-прежнему приветствуются.
========== Глава 31. Теневая ведьма ==========
Первым, что я ощутила, были онемевшие руки. Первым, что я увидела, был холодный темно-синий мраморный пол, отполированный до такой степени, что я увидела собственное отражение. Призрачный свет лился через застекленные стрельчатые окна. Я приподняла голову, отметив, насколько заиндевела от неподвижности шея, и поняла, что нахожусь не в подземельях, а в просторной круглой комнате. По ту сторону окон медленно плыли сиренево-черные облака, круглый лунный бок светил ярко и создавал собой эфемерность.
Я попыталась вспомнить, что именно происходило, когда действие перемещающей магии закончилось. Я упала на колени, ко мне подошла фигура, чьего лица я не разглядела. Она извинилась передо мной за доставленные неудобства и… что, что же она сделала? На этом моменте воспоминания резко заканчивались. Первым ощущением стали онемевшие руки, первым увиденным — мраморный гладкий пол. В помещении было прохладно, веяло ветерком вряд ли естественного происхождения. Потолок превращался в витражный купол, но изображения на нем не были видны.
Я хотела шагнуть вперед, но не смогла. Гулким звучанием откликнулись цепи. Я наклонила и слегка приподняла голову, чтобы увидеть, как мои запястья перевиты дважды прекрасными рубиновыми цепями. Именно эти звенья из чистейшего багряно-кровавого кристалла и удерживали меня на весу, в то время как мои ноги, начиная от талии, оказались замурованными в каменную стену. Мне не надо было долго думать, чтобы понимать: меня, как и Кассирил, приготовили для Джахайна. Рубиновые цепи обжигали кожу, оставляя после себя чувство неудовлетворенного состояния, слабости и головокружения.
— Помогите! — выкрикнула я, ошеломленная собственным бессилием.
— Не… Не поможет, — сказал кто-то.
Я перевела взгляд вправо и увидела Кассирил. Изумрудная ведьма, подобно мне, все также покоилась на рубиновых цепях, ноги вмурованы в камень. На ней была чистая рубашка свободного кроя, прикрывавшая все ее язвы и раны. Кассирил едва дышала, уронив голову на грудь.
— Я пришла за тобой, — растерянно произнесла я. — Кассирил!
— Я же просила не возвращаться, Ева, — шепнула ведьма. — Мэйв не вернулась бы за мной, если бы на кону стояла жизнь последней Хранительницы.
— Я не Мэйв, — усмехнулась я.
— Вижу, — кивнула мне Кассирил. — Ты стала сильнее, я чувствую. Все еще не привязана к Камню. Что ж, мне жаль, но это будет твое первое и последнее рождение. Теневая… Она наконец нашла то самое заклинание, что позволит воссоздать Мрачное Пламя. Им не хватало последнего ингредиента.
— Меня, — прошептала я в ужасе.
— Да, тебя.
Кассирил замолчала, а я не знала, что сказать в ответ. Я ощутила укол совести: изумрудная ведьма предупреждала меня, что ни в коем случае не стоит спасать ее, что Джахайн разыскивает именно Рубин, а Кассирил, скорее всего, была не более чем приманкой. Теперь мы обе висели, прикованные.
В зале становилось прохладней. Тяжелое дыхание изумрудной, собственные онемевшие руки, ощущение безмятежности, невесомости и слабости дополняли и без того мрачную картину. Мысли настойчиво бились в голове, не хватало лишь концентрации внимания. Мне начало казаться, что я вновь очутилась в клетке Согласия в Хесстигроу. Минуты стали превращаться в часы, часы — в дни, дни — в месяцы. Я провисела на рубиновых цепях целое столетие, прежде чем раздался стук чьих-то каблуков.
Я приподняла голову и вгляделась в полумрак.
