— Я не знаю! — Сария подняла руки, защищая голову. — Я не знаю. Я. Но не Танария. Клянусь Ассармиэль, моя сестра знала, что для Мэйв родилось два дракона. Она была… кое-где перед осуществлением задуманного. Но сестра никогда не рассказывала мне об этом. Услышав слова Сапфировой, она заставила меня пообещать ей, что я не расскажу тебе ни о чем. Я обещала. И все же рассказала. Потому что только я понимаю: если ты не завершишь перерождение, не найдешь и не восстановишь свой камень, мы никогда, никогда не сможем отбросить Джахайна, не сможем остановить то, что он делает с нашим миром, во что он превращает наших ведьм, наши семьи.
Сария замолчала, устало опускаясь на пол, и заплакала. Я сомкнула кулак, рубиновая энергия медленно угасла. Не смотря на Сарию, я распахнула дверь на улицу. Мааррх поднял на меня вопросительный взгляд.
— Мне нужно прогуляться, — сдавленно ответила я.
— Если ты идешь за Танарией, я иду с тобой, — отрезал дракон.
— Я так не думаю, — покачала я головой.
Дело шло к позднему вечеру, снаружи было довольно холодно. Кутаясь в меховой плащ, я понимала сразу две вещи: чтобы переварить такое количество информации, мне потребуется далеко не один день. И даже, может быть, не один месяц. И что я очень хочу рассказать все Йитирну. Шагая по заснеженной дороге по направлению к полуразрушенной и все еще дымящейся крепости Таргиу, я невольно стискивала зубы и кулаки. И Сария, и Мааррх больше не вызывали такого доверия, как раньше. Я все больше укреплялась во мнении, даже против собственной воли, что мне надо как можно быстрее разыскать Танарию, а через нее — второго дракона. Что, если он до сих пор жив и знает, где спрятан мой Камень? Или то, что от него осталось, по крайней мере.
Я не заметила, как ускорила шаг и уже вскоре очутилась возле трактира. Дверь была слегка приоткрыта, я просочилась внутрь. В зале было жарко натоплено, кухарка суетилась на кухне, а слуга — возле длинного стола. Стая что-то шумно обсуждала. Но Танарии среди них не было.
— Не знаете, где Танария? — спросила я, подходя прямиком к волкам. — Ну, или Йитирн. Мне надо срочно с ними переговорить.
— Йитирн ушел в библиотеку, — вспомнила Линна. — А Тана… Даже не знаю, она крутилась здесь, а потом ушла. Не подскажу куда, не знаю. Вы?
Остальные волки пожали плечами и помотали головами. И я отчего-то им верила. Линна вызвалась проводить меня до библиотеки.
— Я все равно собиралась вытащить оттуда Риэля, — сказала она доверительным тоном, когда мы вышли на улицу.
— Риэля?
— Габриэля, — со смешком поправилась волчица. — Он сам себя так называет. Его отца звали Риэль, насколько я знаю. У них в семье была такая традиция. Чтобы имя содержало в себе «риэль». Девочек называли Кариэль или Стериэль, например. Его сестру вроде звали Эктариэль. В общем, они все немножко «риэли». — Линна засмеялась. — Я так давно этого не вспоминала.
— Ты тоже знала Мэйв? — спросила я.
Линна перестала смеяться и посмотрела на меня самым серьёзным взглядом.
— Нет, не совсем. Я слышала о ней. Меня обратили лет двадцать назад. Я была той забитой, знаешь, девчонкой, которая ничего не могла и боялась неудачи. Меня обратил Габриэль, увидев во мне что-то… Не знаю, это лучше пусть расскажет он сам. Моя новая жизнь очень нравилась мне. Пока я не узнала, что не смогу обрести покой в Пустоте. Я знаю, что это из-за Мэйв. Но ты не она, так что глупо винить в этом тебя.
Я помолчала, раздумывая.
— А сколько всего волков в вашей стае?
— О, — Линна махнула рукой, очерчивая огромный полукруг. — Сотня? Может, даже и больше. Я всей стаи никогда не видела. Я хожу с Габриэлем потому, что он мой создатель. Он мой, как бы это объяснить, наставник, что ли. Да, пожалуй, наставник. Самое близкое значение, что я могу подобрать. А все эти волки — наша группа — это примерно четверть от настоящих размеров стаи.
— Ничего себе, — не удержалась я. — То есть, эти все волки — далеко не единственные, кто принадлежат к Священному Пламени?
— Ну, типа того, — с жаром закивала Линна. — Сария объединяет нас всех, это единственное, что я знаю точно. Танария старше, но она лишь духовный проводник наших душ между небытием и возрождением.
— Что ты знаешь о Танарии? — спросила я.
Линна слегка улыбнулась и мотнула головой.
— Я знаю, что она не одобрила бы моего шептания за ее спиной, — сказала она добродушно, но ясно давая понять, что не собирается развивать тему.
Остаток пути мы проделали молча.
Библиотекой оказался небольшой двухэтажный дом в самом конце главной улицы. На зеленой двери была прибита медная табличка, а ниже ее — фигурный молоточек в виде пасти дракона с подвижным «языком». Мы постучались, и дверь нам открыл худощавый мальчик в длинной темно-серой робе.
— Приветствую вас на пороге новых знаний! — торжественно провозгласил он и позволил нам войти внутрь. — Госпожа Рубин.
Мальчишка поклонился неуклюже, но с достоинством.
— Если миледи ищет господина эльфа, то он на втором этаже. Перебирает архив в поисках очень старого документа. Он может рассказать вам подробнее.
