Эорана кивнула и одним рывком вдруг передвинула мое кресло от камина лицом к стене. Это была самая необычная стена в моей жизни: там был орнамент, нарисованный мелом по доске, по периметру большого круга шли загадочные слова и странные символы, а еще руны и какие-то закорючки, которые мало походили на магические знаки. Эорана взяла в руки мел и начала чертить на стене поверх орнамента. За ее рукой следовала ярко-оранжевая волна энергии, превращавшая изгибы уже нарисованного в огромный треугольник, внутрь которого неспешно переползали слова, руны и магические знаки. Я, завороженная, глядела на совершавшееся таинство во все глаза. Эорана прокомментировала:
— Этот ритуал называется ksarha dea foria. Сила Взгляда в Прошлое, заклятие, как видишь, я переписала из учебника. Не запоминаю, как складывать магические слова. Говорят, это потому, что я — прорицатель, и у меня нет активной силы. Может и так.
Меня интересовало другое.
— А ты уже когда-нибудь делала этот… ритуал?
— Волнуешься, что я могу что-то напортачить? — рассмеялась Эорана. — Я уже возвращалась в прошлое, если хочешь знать. Но разум этого человека не был отягчен воспоминаниями прошлой жизни. Тебе же нужно вспомнить прошлую жизнь? Если так, то я сделаю все, что смогу. И не переживай, я лучшая из прорицателей. Ну, в Верригане конкурентов у меня нет.
Я не знала, волноваться мне от ее слов или нет, но я просто закрыла глаза и попыталась расслабиться. Действие этого ритуала по-прежнему оставалось для меня неясным. Что, если эта ведьма поймет, кто я? Хотя, наверное, она уже и так поняла. Конкурентов у нее нет, почему? Она действительно лучшая или остальные вообще ни на что не годятся? Первая среди последних, так?
В конце концов Эорана закончила чертить и сказала:
— Все готово. Я возьму ритуальный нож и волшебную палочку…
— Волшебную палочку? — хихикнула я, представляя сразу «Гарри Поттера», книги о котором в свое время зачитала до дыр.
— Ну, — Эорана пожала плечами, не понимая причины моего смеха, — сил у меня нет, а заклинание придется прочитать. Волшебная палочка хранит в себе заряд активной энергии. И с ней я могу…
— Прости, — скрыла я улыбку. — Я лишь недавно начала изучать ведьминское искусство, поэтому я не знала… ну, что есть волшебные палочки. Мне казалось, что это из сказок для детей.
Эорана мгновение улыбалась, но затем от ее улыбки и след простыл.
— Начинаем? — как-то неестественно холодно спросила она.
Я кивнула.
— Смотри в тот треугольник в центре, — попросила она. — Смотри только туда, что бы ни происходило. Когда заклинание привяжет тебя к зачарованному объекту, тогда сможешь закрыть глаза и погрузиться в воспоминания. Помни, что ритуал невозможно будет остановить в процессе. Придется дождаться, пока воспоминания не дойдут до логического конца. И еще: не сопротивляйся.
Не успела я и рта открыть, как треугольник в центре вспыхнул золотистым светом. Меня с силой вжало в сидение кресла. Мне показалось, что из стены появилась белоснежная рука, вооруженная когтями. Она тянулась ко мне, пытаясь схватить. Не сопротивляйся. Продолжала глядеть в одну точку: теперь уже свет, лившийся оттуда, жег мне глаза, я отдалась на волю ритуала.
В одно мгновение рубиновый всполох обжег тянувшуюся ко мне — теперь уже я видела это ясно — не руку, а энергию. Меня завертело, я больше не пыталась смотреть в центр вертевшегося перед глазами треугольника и закрыла глаза. Передо мной возникла дыра, в чей зев я неумолимо падала.
Минута, и что-то ударило меня по руке. Я открыла глаза.
Холод. Белоснежный туман медленно расползается вокруг.
Я стою перед круглым алтарем. В его центре на небольшом возвышении крутится в воздухе огромный кристалл рубина, внутри него четко проглядывают золотистые прожилки. Они ярко вспыхивают, когда грань кристалла вращается, и от этого у меня на душе становится спокойно. Я уверена в своих силах как никогда: это Слияние одобрили Верховные, а значит все пойдет по плану. Мне не придется думать, как остановить самозванца, силой Девяти я уничтожу что угодно, кого угодно. Мне нравится власть, но я чувствую, что не должна… Не должна покушаться на кусок, который мне не проглотить. Аксоот, несомненно, поддержит меня.
В зал начинают входить мои сестры. Восемь оставшихся Хранительниц Камней. Янтарная выглядит сегодня болезненно, но все мы знаем, какая она притворщица. И ее белый Урхиэль поддерживает в ней эту слабость, дает почву, чтобы там взрос еще один порок. Почему Аметистовая до сих пор потакает Янтарной, если она первая из нас обратила на эту порочность внимание? Ждет, когда Янтарная сама поборет свои недостатки? Бесполезно.
Я чувствую смутное раздражение и тут же одергиваю себя. Ведьма моего ранга должна быть более снисходительной к недостаткам других. У меня самой есть пороки. Например, эта жажда власти! Но я хотя бы борюсь с ней.
