Прежде чем я успела что-либо понять, неведомая сила подхватила меня в области живота, резко подкинула вверх и обрушила на меня всю тяжесть магии. Я свалилась на пол, пребольно ударившись коленями о каменные плиты и оцарапав руки до локтей. Я открыла глаза и заозиралась. У меня не было сомнений в том, что меня ударил Охотник, но теперь я поняла, что оказалась по ту сторону решетчатого окошка. А учитывая, что двери в камеру не было, я очутилась в совершенно безвыходной ситуации.
В келье оказалась одна простая постель и сливное отверстие для справления нужды. И хотя характерного запаха отхожего места не было, меня затошнило.
Кажется, на этот раз я влипла по полной программе. Угрожать Герфету в окружении друзей ничего не стоило, а вот оказаться лицом к лицу с ним и ничего не противопоставить его действиям — совсем другое. Я уселась на кровать и прислонилась спиной к промерзлому камню. Так и заболеть недолго.
Я старалась не думать о том, что могло случиться с Йитирном. От волнений у меня закружилась голова, а ноги словно стали ватными. Меньше всего я думала о предательстве «сестры»-Эораны. Мне тоже не следовало идти за какой-то там ведьмой из бедняцкого квартала. Надо было думать головой. Что до предательства, то, кажется, оно в этом мире не таким уж и редким явлением было. И все равно… Почему она так поступила? Может, и заманила нарочно! Хотя откуда ей было знать, что я та ведьма, что нужна Охотникам?
Мне было до ужаса обидно, что я доверилась ей, а что получила в итоге? В итоге я получила толику воспоминаний Мэйв, а за это можно простить и предательство. Та, что некогда была мной, открывалась для меня с новой стороны. Значит, не чужда ей была жажда власти, о которой говорил Мааррх? И жестокость, о которой упоминал Йитирн? Она действительно уничтожила город, а ее дракон помог ей в этом. Как его звали? Имя проскользнуло в памяти всего один раз. А вот богам Мэйв все-таки служила. И даже являлась их аватаром, что бы это ни значило. Как там? Мрачное Пламя Рубина? Прочие ведьмы одарили ее своими силами и способностями, когда пришел час. И первый раз Мэйв подчинила их вовсе не добровольно.
Я начала уже задумываться о том, могло быть это все спланировано заранее, но в этот момент раздался отвратительный писк. От этого звука у меня все скрутило внутри: боль была практически физической, уничтожала мысли и эмоции, желания и движения, даже непроизвольные.
Я скукожилась, съежилась, замерла. На стене вспыхнул алым светом камень, который прежде и не заметила, и я почувствовала, как энергия стремительно покидает мое тело.
Ощущение не заканчивалось и тогда, когда в мою комнату вошла высокая женщина, закованная в частично стальные доспехи с символикой Ордена: красная рука сжимала в смертельной хватке черного скорпиона. У вошедшей были светлые волосы и пронзительно голубые глаза. Мне хватило нескольких минут, чтобы с ужасом осознать: на меня смотрела Эорана. Ее нелепое цветастое платье исчезло, как и прическа из четырех кос.
— Да, — произнесла она, радуясь, что я признала ее. — Знаешь, когда живешь в квартале бедняков, можно разузнать много всего интересного. Признаться, моей целью не была ведьма, а merhalyn dea jirzah. Но вынуждена сказать: ты даже лучше, чем сборище магов, чьи силы с каждым днем угасают. От них все равно не было такой пользы, какую можешь принести ты. А благодаря тому, что я видела в твоих воспоминаниях, я реально оцениваю твою стоимость: Джахайн отдаст мне половину, если не больше, Западной Атарии в обмен на твои силы, рубиновая ведьма. Кто же знал, что вчера в мою лавку заглянет реинкарнация Мэйв. Ох, мне просто не терпится поделиться радостной вестью с моим Повелителем, — Эорана довольно улыбнулась и потерла руки.
— Что ж не делишься? — переспросила я. — Стоишь тут, время зря тратишь.
На лице Эораны улыбка исчезла во мгновение ока.
— Не зря, — нахмурилась она. — Мне нужно кое-что забрать.
Она кивнула кому-то. Камень вновь вспыхнул ярким пламенем: энергия во мне забилась, опустошая резервы. Я обмякла и смогла лишь безучастно наблюдать за тем, как Эорана подошла ко мне, ощупала мое тело, нашла сумку, залезла туда рукой и вытащила Гримуар. Подкинув книгу на руке, словно оценивала ее вес, она кивнула второй раз. Вспышка угасала медленно, оставляя меня в состоянии растерянности и адской усталости, навалившейся сверху.
Охотница вышла из комнаты вместе с моим Гримуаром. Теперь мне даже не на что выторговать жизнь Йитирна. Все кончено. Рубиновая ведьма проиграла.
