Наконец в Кремле, хотя Дана был слишком болен, чтобы пойти с нами, а я еще шатаюсь. Человек из Наркоминдела проводил нас к воротам, где нас встретил красный офицер. Оба они оставались при нас во всё время визита. Пошли в старую Оружейную палату, где очень умная женщина из Исторического музея провела нам экскурсию. Шли через залы с потрясающим золотом и серебром, вышивками, доспехами и так далее, пока я не вынужден был сесть отдохнуть. Наконец, мы вышли наружу и пересекли площадь главного дворца, в центре которой стоит собор Спаса на Бору XIV века [141]. К нашему большому разочарованию, внутрь попасть было нельзя, так что мы пропустили прекрасное «Преображение», возможно, Рублёва. Осмотрели часть дворца (окруженного плохими аркадами XIX века). Затем в Архангельский собор, не особенно интересный. В Благовещенском соборе иконы куда лучше. Праздничный чин иконостаса частично написан Рублёвым и его кругом. Сквозь наши слабые театральные бинокли он показался очень хорошим. Затем в Успенский собор (усыпальницу) – большой, но внутри заставлен лесами. К несчастью, сейчас расчищают все наслоения, чтобы раскрыть остатки росписей XVI века школы Дионисия – когда работы завершатся, эффект должен быть потрясающим. Нераскрытые участки удовлетворительные в декоративном смысле, но бедные по стилю.
Потом наружу – мимо гигантского колокола и бесконечных пушек, не посмотрев и две трети того, что собирались, разочарованные тем, что всё же увидели – вдобавок ко всему, с нас пытались взять 25 рублей за посещение, которые мы платить отказались вплоть до выяснения обстоятельств с Наркоминделом, где нас не предупредили о том, что это будет стоить денег.
Отдыхал остаток дня и рано отправился в кровать.
Пакуем наши многочисленные книги. Вечером иду на фильм, который Джери и Пётр уже смотрели, пока я болел, – «Земля в плену», «Межрабпом-Русь» [142], великолепное кино с превосходной сценой в борделе, как всегда – угнетенный крестьянин и декадентствующий аристократ. Вернулся в отель рано, сыграл две партии в шахматы с официантом – одну выиграл; отлично повеселились – хохочущая компания официантов и поваров стояла вокруг, пока «Алёхин» из Москвы играл с «Капабланкой» из Нью-Йорка [143].
На трамвае «А» рано утром едем в Музей фарфора, бывший московский дворец [144]. Проведя там не слишком увлекательный час, идем обратно в сторону Кремля, рассчитывая попасть в Георгиевский собор, чтобы посмотреть Ушакова, но собор оказывается закрыт, так что мы отправляемся в очень интересные боярские палаты, а затем на Красную площадь в Василия Блаженного – потрясающий храм, почти такой же поразительный внутри, как снаружи. Теперь это музей, где хранится множество вторичных икон. Затем в Исторический музей, но обнаруживаем, что залы с лучшими иконами закрыты. Обратно в наш любимый ресторан, очень проголодавшись. Купили русскую книгу о Пикассо с интересными репродукциями его ранних вещей [145].
Рано встали, чтобы идти к Грабарю, но по телефону выяснили, что его вызвали за город до утра среды – а ведь он сказал нам приходить без звонка.
Так что мы с Петром совершаем вылазку за билетами в Ленинград, но по пути соблазняемся на множество задников, которые фотографы выставляют в Тверском сквере. Мы фотографируемся сами, а потом просим отдельно сфотографировать задник – к удивлению фотографа.
Назад обедать и затем снова в Третьяковскую галерею. Куратор Мидлер обещал, что мои фотографии будут готовы к этому времени, и, кроме того, хотел показать нам коллекцию икон. Сначала нам сказали, что его нет на месте. Но пока нам это говорили, он внезапно появился и, после некоторого замешательства, объяснил нам, что фотографии можно сделать только за огромные деньги, а иконы недоступны, потому что заставлены другими картинами. Мы ушли в ярости, не столько из-за его неспособности сделать нам одолжение, сколько из-за его опрометчивых обещаний. Типичный день в России, полный задержек, разочарований и потерянного времени.
Вечером в Пролеткульт смотреть «Вдоль дороги» [ «Along the road»] [146]. Интересная постановка, аскетичные декорации и превосходная энергичная игра.
Наконец взяли билеты в Ленинград – жесткий вагон – всего по $6 (12 р⟨ублей⟩).
В Исторический музей осматривать коллекцию древних икон в сопровождении мадам Кавки (Анисимов, куратор, сейчас за границей [147]). Несколько потрясающих вещей, особенно – волнующе прекрасная голова архангела, датированная XII веком и, вероятно, написанная греком в России (хотя Грабарь считает, что она русская). «Успение» на обороте «Богоматери Донской», возможно, Феофана; «Архангел» Рябушинского, новодевичий «Св. Николай» [148] и много других менее значительных вещей. Коллекцию открыли для публики и закрыли в тот же день, опасаясь религиозного влияния.