Вера, с точки зрения логичности рассуждений, даже может казаться нелепостью, безумием. Даже, порой, нелепость веры считается признаком содержания в ней нечеловеческой мудрости. А. И. Введенский приводит для примера изречения апостола Павла и христианского философа Тертуллиана. Апостол говорит: когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих. Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн (греч. σκάνδαλoν) , а для Еллинов безумие (1 Кор. 1, 21-23). А. И. Введенский вместо слова «соблазн», которое стоит в синодальном переводе Нового Завета, использует слово «скандал», как и в греческом тексте, так как считает, что последнее больше подходит для характеристики отношения евреев к проповеди христианства. Он пишет: «Храмовая иерусалимская аристократия, конечно, почувствовала себя до нельзя скандализированной, когда, окружив стражей и опечатав гроб Христа, на третий день узнала, что разнеслась-таки весть об Его Воскресении. Еще больше усилился скандал, когда Савл из ожесточенного гонителя христианства превратился в его ревностного проповедника, утверждавшего, вдобавок, что и он говорил с Воскресшим Христом. Да и все еврейство, ожидавшее пришествия Мессии в земной славе, тоже было скандализировано, когда сами же евреи стали проповедовать, что распятый Иисус и есть Мессия» [249] . Апостол Павел призывает христиан быть безумными, чтобы быть мудрыми (см. 1 Кор. 3, 18), и увещевает их: немудрое Божие премудрее человеков (1 Кор. 1, 25). А. И. Введенский цитирует и Тертуллиана, который также говорит о безумии христианской проповеди в глазах обыденного человеческого сознания: «…родился Сын Божий; это не стыдно, потому что постыдно. <…> И погребенный воскрес; это достоверно, потому что невозможно» [250] . А. И. Введенский указывает на то, что при всей проповеди апостола Павла о безумии христианской веры Апостол вовсе не призывает пренебрегать умом: Братья! не будьте дети умом: на злое будьте младенцы, а по уму будьте совершеннолетни (1 Кор. 14, 20). Под «умом» в словах апостола Павла Введенский понимает логику. То есть вера не должна насиловать ума. Но как, не насилуя собственный разум, принять безумие христианской проповеди? Это становится возможным только в случае, если истинное бытие исключается из области знания, когда оно воспринимается верой.
В статье «О видах веры в ее отношениях к знанию» [251] А. И. Введенский полемизирует с П. А. Каленовым, русским литератором, предложившим поделить все виды веры на наивную, слепую и разумную. «Слепой» он назвал ту веру, при которой наблюдается бессознательное подавление разума. Разумную же веру Каленов приписывает тому, кто сознательно ради веры подавляет свой разум. Но, таким образом, выходит, что слепая и разумная вера равны между собой, так как и в том, и в другом случае происходит подавление разума. Причину столь ошибочных рассуждений А. И. Введенский видит в том, что Каленов по своим взглядам рационалист в духе Декарта, так как тоже считает, что следствие логически выводится из причины. По мнению Александра Ивановича, подобным же образом и Спиноза, увлекшись системой Декарта, построил атеистическую философскую систему, хотя сам и близко атеистом не был. Об этом А. И. Введенский подробно пишет в своей статье «Об атеизме в философии Спинозы» [252] . Усвоив учение Декарта о разложимости всех явлений на логические связи, Спиноза ввел декартовское учение о субстанциях в свое понимание Бога как Единого и Абсолютного. В итоге он определил Бога как Субстанцию, состоящую из бесконечного числа атрибутов, но при этом без целенаправленной деятельности и без воли, что, по мнению А. И. Введенского, противоречит самому понятию Бога.
