Таким образом, нет оснований предполагать, что метафизическое чувство существует обособленно от нравственного. Это чувство внушает нам столь неопровержимые идеи, такие как чужая одушевленность. Оно пользуется даже большим доверием, чем математические теоремы. Таким образом, А. И. Введенский в области метафизики обнаружил идею, в истинности которой никто не способен сомневаться. Уверенность в этой идее обеспечивает особое метафизическое чувство, основанное на чувстве нравственном. В области метафизики существует еще целый ряд вопросов, ответы на которые очень волнуют каждого человека. К ним относятся, например, вопросы о существовании Бога, о бессмертии человеческой души, о смысле человеческой жизни. Философ считает, что эти идеи однородны с проблемой объективности чужой одушевленности. Если метафизическое чувство дает прочность идее чужой душевной жизни, то можно надеяться, что, исследуя нравственный долг, можно решать и вышеуказанные метафизические вопросы.
А. И. Введенский называет четыре причины, позволяющие считать истину бытия Божия и объективность чужой одушевленности однородными по своему характеру вопросами. Во-первых, в обоих случаях речь идет о духовной деятельности. Во-вторых, оба вида деятельности обнаруживаются в материальном мире, но не видно логической связи духовной деятельности с материальным бытием, т. е. нам не известен способ воздействия духа на материю. В-третьих, нельзя логически доказать или опровергнуть как существование Бога, так и существование чужой душевной жизни. И, наконец, в-четвертых, люди чувствуют присутствие Бога, как чувствуют и чужую одушевленность. Русский философ пишет: «…иначе чем бы поддерживалось религиозное чувство теперь, когда мы не только освободились от наследственного трепета перед природой, но уже выучились повелевать ею и когда вся наша жизнь сложилась так, что некогда и подумать о сверхчувственном мире, разве что в глубокой старости или во время опасной болезни?» [301] Бессмертие души также является однородным вопросом с идеей чужой одушевленности. Дело в том, что в этом случае речь идет также о существовании душевной жизни, но только о ее последнем моменте. И другие вопросы находятся в тесной связи с чужой одушевленностью, например телеологичность мира. Как мы можем убедиться в реальности существования мира? Можно принять во внимание тот аргумент, что этот мир воспринимаем как реальный не только мы, но и другие люди. Однако, чтобы согласиться с этим, необходимо сначала убедиться в том, что кроме меня еще кто-то одушевлен. А этого сделать без нравственного чувства нельзя, как мы убедились в этом выше. Значит, если признавать одушевленность других людей, то необходимо верить и в то, что мир существует, и формы предметов сами по себе реальны. Этот мир делится на две категории: одушевленные существа и неодушевленные предметы. Относительно первых я имею нравственные обязательства, относительно вторых я свободен в этом отношении. Поэтому я должен верить в то, что весь мир устроен так, чтобы можно было исполнять нравственный долг. «Таким образом, – пишет А. И. Введенский, – если я верю в одушевление других существ и делаю это именно под влиянием нравственного чувства, то я должен верить, что внешний строй вселенной приспособлен к тем же самым целям, к осуществлению которых приближает нас и нравственное чувство» [302] .
Нельзя не обратить внимание на то, что история ХХ – ХХI вв. показывает, что мир действительно приспособлен только к таким действиям человека и человечества, которые оправданы нравственным законом. На рубеже тысячелетий особенно остро обозначились экологические проблемы, под угрозу поставлено существование цивилизаций Земли. Причины этого общеизвестны. Люди ради собственных эгоистических целей беспощадно эксплуатируют ресурсы планеты, не задумываясь о будущем человечества, о судьбе многих современников, об участи всего живого мира. Уничтожаются огромные экосистемы, вырубаются леса и осушаются болота, выбрасываются в атмосферу и водоемы ядовитые отходы промышленного производства, проводятся испытания ядерного оружия, устраиваются свалки радиоактивных отходов. Этот список можно еще долго продолжать. Но дело не в том. Необходимо понимать, что экологические проблемы человечества носят в первую очередь нравственный характер, а не являются простым следствием технического прогресса. Только повышение духовно-нравственного состояния человечества может как-либо изменить сложившуюся ситуацию. Любой поступок в отношении данного Богом мира никоим образом не должен противоречить нравственному закону. Это постулировал в своей философии А. И. Введенский, и история оправдывает этот взгляд.
