От этой мысли стало как-то нехорошо, теперь она понимала, что вчера, во время работы со стажерами, перегнула палку. Они испугались не на шутку.
Тони после встречи у кафедры хорошо запомнил Дору Георгиевну и, прогуливаясь перед университетом, увидел, как она появилась в дверях, огляделась и пошла в сторону центральной площади. Идти за ней было недолго, подойдя к гостинице, Каштан вошла внутрь, и Тони понял, что здесь она живет. Теперь он знал основные точки. Дело было за духовой трубкой.
По дороге в общежитие он зашел в спортивный магазин и долго перебирал лыжные палки из бамбука. Ни одна не подходила для его целей. Тогда он пошел в ЦУМ, в отдел «Рыболов-спортсмен», и сразу же увидел тот самый сорт бамбука и, что главное, необходимую толщину той удочки, которая продавалась там за четырнадцать с полтиной рубля.
В соседнем отделе «Инструменты и принадлежности» купил все необходимое для подготовки удочки в боевой инструмент, а по дороге, чувствуя нелепость появления на улице, в центре города, под вечер, негра с удочкой, зашел в небольшой скверик, отпилил длинный тонкий конец. Отпиленный кусок завернул в оберточную бумагу. Теперь можно было, не привлекая внимания, спокойно добираться до общежития.
Весь вечер он шлифовал внутреннюю полость трубки, пока не получилась ровная глянцевая поверхность, и комочек ваты, бережно выбранный из большого мотка в вощеной упаковке, которым он проверял проходимость трубки, нигде не застревал и не цеплялся, а проскакивал и вылетал даже от легкого выдоха в нее.
Закончив с трубкой, Тони достал с полки черную деревянную статуэтку, расковырял в основании затвердевшую пробку, вытащил стеклянную пробирку, внутри которой находился боевой дротик для духовой трубки. Острие имело светло-желтый цвет. Это был парализующий яд, который использовали в парашютном полку при выполнении деликатных миссий. Завернув пробирку и ватку оперения дротика в глянцевый журнал, он положил в свой портфель.
Утром, подходя к университету, Тони внимательно просматривал наиболее удобные точки для совершения акции. Вестибюль университета полукольцом охватывал низкорослый кустарник в нескольких метрах от входа. Засесть надолго там, дожидаясь выхода цели, было рискованно, кто-нибудь обязательно заметил бы негра, сидящего в кустах, средь бела дня!
Он еще раз прошел по тому маршруту, когда вел наблюдение за женщиной. Самым удобным местом был киоск «Союзпечать» напротив входа в гостиницу. В будке сидела пожилая женщина, которая, позевывая, скучно посматривала по сторонам.
К вечеру он вернулся туда и, присев на скамейку у театра оперы и балета, через улицу, дождался закрытия киоска, проезжавшие автобусы прикрыли короткую возню с замком на дверях, и вскоре он уже был внутри. Продавщица не навешивала щиты на витрины киоска, они стояли внутри. Теперь надо было выставить верхнее стекло, стрелять из форточки снизу, «навесом», даже такому опытному бойцу, как Тони, было без гарантии попадания, тем более что у него был только один дротик.
Выставив стекло, Тони размотал оберточную бумагу, достал духовую трубку и установил в образовавшийся проем. Оставалось только ждать и надеяться, что условия для выстрела будут подходящими. Он начал приводить в порядок «дыхалку» для выстрела дротиком, а также готовить ротовой аппарат. Промазал внутри рта мазью «гуан-мло» из крохотной коробочки без названия, которая усиливает действие ротового аппарата при выстреле. Начал постепенно раздувать и сбрасывать щеки. В своем шоковом батальоне он не зря носил кличку Дизи в честь джазового трубача Дизи Гиллеспи, или «Дизи Двойные Щеки», Dizzy Double Cheeks. У Тони щеки в работе были больше и работали, пожалуй, сильнее, чем у всемирно известного Dizzy Gillespie. Постепенно вернулись боевые навыки.
Центральная площадь города архитектурно была задумана и выполнена для сглаживания и придания округлости таким образом, что на ее углах стояли семиэтажные дома сталинской постройки, выходившие на площадь не острым, а как бы стесанным углом, и образовывали поверхность шириной метров пять. Один из домов был гостиницей, и вход находился посередине. С другой стороны площади, слева, через сквер, стоял такой же дом, со стесанным углом, где внизу размещался магазин, а дом был жилым для местной номенклатуры. Через площадь напротив в двух других, тоже жилых домах, между которыми стояло здание Крайкома КПСС, внизу размещалась парикмахерская, а в другом — почтовое отделение. Эти архитектурные задумки выравнивали общий вид центра города, придавая дополнительное ощущение пространства и завершенности.
После десяти вечера, когда уже стало совсем пусто на улицах города, он увидел ее. Она вышла из автомобиля, прошла восемь шагов до входной двери гостиницы, слабо махнула рукой и упала, сразу после выстрела из духовой трубки.
