Ружье полностью

— Мы находимся на Пювер-авеню, прямо напротив парка, там, где карусель. Знаете это место?

— Найду. Льюис еще у вас?

— Да. Хотите с ним поговорить?

— Нет-нет.

— Значит, мы скоро увидимся?

— Договорились. — И Маргарет Рэдфилд положила трубку.

— Она едет сюда, — сказал Карелла Рэдфилду.

— Ну и слава Богу, — обрадовался тот.

Карелла, довольный, положил трубку. В ту же секунду телефон зазвонил.

— Восемьдесят седьмой участок, Карелла.

— Карелла, это Фредди Хольт из Восемьдесят восьмого.

— Привет, Фредди, — весело сказал Карелла. — Чем могу помочь?

— Вы еще работаете над делом снайпера?

— Да.

— Очень хорошо. Мы только что его взяли.

— Что?!

— Мы поймали парня, который совершил всё эти убийства.

— Когда?

— Десять минут назад Шилдс и Дюранте повязали его на крыше на Рэксуорт-стрит. Перед этим он успел застрелить двух женщин прямо на улице: — Хольт умолк. — Эй, Карелла, ты меня слышишь?

— Слышу, слышу, — устало отозвался Карелла.

Арестованный, находившийся за решеткой в комнате сыскного отдела 88-го участка, был очень похож на буйнопомешанного. Он был одет в замызганные рабочие брюки и драную белую рубашку; длинные, спутанные волосы свешивались на лоб, почти закрывая его безумные глаза. Вцепившись в решетку, он раскачивался на ней наподобие обезьяны и злобно таращился на детективов, рыча, плюясь и бешено вращая глазами.

Когда Карелла вошел в комнату, человек за решеткой закричал:

— А вот еще один! Смерть грешнику!

— Этот? — спросил Карелла у Хольта.

— Этот, этот. Ей, Дэнни! — позвал Хольт. Один из детективов встал из-за стола и подошел к ним.

— Стив Карелла, Дэнни Шилдс, — представил их друг другу Хольт.

— Привет, — сказал Шилдс. — Кажется, мы уже встречались. Помнишь, когда был пожар на Четырнадцатой авеню?

— Кажется, да, — кивнул Карелла.

— Не подходи близко к решетке, — предупредил Шилдс. — Он плюется.

— Ладно, Дэнни, рассказывай, что и как.

Шилдс пожал плечами.

— Да тут толком и рассказывать-то нечего. С полчаса назад позвонил патрульный, верно я говорю, Фредди?

— Вроде бы, — согласился Хольт.

— Он сказал, что какой-то псих засел на крыше и обстреливает улицу. Когда мы с Дюранте туда приехали, он все еще палил. Мы решили залезть на крышу и напасть на него с двух сторон. Я вошел в один подъезд, Дюранте — в соседний, пока мы поднимались, этот гад успел подстрелить двух женщин. Одна — старушка, другая — беременная. Обе сейчас в больнице. Я только что звонил доктору. Он считает, что беременная умрет, а у старушки есть шанс выкарабкаться. Вот так всегда и бывает.

— Что было на крыше?

— Ну, Дюранте открыл огонь, отвлек его, а я подкрался к нему с тыла. Повозиться пришлось изрядно. Ты только посмотри на него — он думает, что он Тарзан.

— Смерть грешникам! — завопил человек за решеткой. — Перестрелять всех мерзких грешников!

— Его ружье у вас?

— Вон лежит на столе, заряженное, в полной боевой готовности.

Карелла подошел к столу.

— Похоже на двадцать второй калибр.

— Так и есть.

— Но из него же нельзя выстрелить пулей от "ремингтона-308"!

— Никто и не говорит, что можно.

— Тогда с чего вы взяли, что это мой клиент?

— А вдруг? Знаешь, Карелла, нас уже достали с этим снайпером. Только вчера лейтенанту звонили из Управления и спрашивали, собираемся мы вам помогать или дальше будем валять дурака.

— По-моему, этот хмырь здесь ни при чем, — сказал Карелла.

— Ну и чего ты от нас хочешь?

— Вы еще не обыскивали его квартиру?

— С ума сошел? Какую еще квартиру? Да он скорее всего на улице ночует.

— Где он раздобыл ружье?

— Мы сейчас проверим по списку украденного оружия. Позавчера ночью кто-то обчистил пару ломбардов. Может, это он и постарался.

— Вы его уже допрашивали?

— Как же, допросишь такого! Он же чокнутый. Только и делает, что орет про грешников и плюется во всех, кто близко подойдет. Нет, ты только глянь на этого придурка, — расхохотался Шилдс. — Ну вылитая обезьяна, ей-богу!

— Если узнаете, где он живет, пошарьте там у него, ладно? Мы ищем любое оружие, к которому подходят патроны от "ремингтона-308".

— Приятель, таких пушек навалом, — ухмыльнулся Шилдс.

— Да, но это же не двадцать второй калибр.

— Это точно.

— Ты лучше позвони в "Буэнависта" и скажи, чтобы они приготовили койку в психиатрическом.

— Уже позвонили. Значит, это не твой клиент? — с сожалением спросил Шилдс.

— Что-то не похоже.

— Жаль. Нам не терпится сбагрить его куда-нибудь поскорее.

— А что так? Такой приятный старикан, просто заглядение…

— Видишь ли, тут есть небольшая загвоздка.

— Какая?

— Кто будет выводить его из камеры?

Когда Карелла вернулся в участок, там его уже ждала Маргарет Бафф-Рэдфилд.

Это была шатенка с карими глазами, выглядевшая гораздо старше своих тридцати девяти лет. Густые тени для век и слишком яркая помада выделялись на фоне ее бледного лица. Платье висело на ней мешком.

Она вяло пожала руку Карелла когда ее муж. их знакомил, и посмотрела на него так, словно боялась, что тот сейчас даст ей пощечину. Неожиданно Карелла подумал, что раньше эту женщину часто били. Он посмотрел на Рэдфилда. С виду тихий.