— Эй, не шуми зря. Давай лучше подумаем, дружище: здесь, в этом захолустье, повсюду киранские рыцари, турнир — проводится в честь незамужней принцессы, а все участники приглашены заранее… Вот скажи, что тут по-твоему происходит?
— Кто-то из Кирана хочет жениться на Дикой Розе? — недоверчиво спросил я. — Пустая попытка, ведь её руку отдадут лишь кому-то из королевских династий…
— Всё верно, правда жених — единственный принц и наследник Киранского Королевства, — точно бы наслаждаясь своей осведомлённостью, веско проговорил Ирт. — Наша престарелая королева, похоже, снова пытается добавить Киран к своим военным союзам, и поэтому, зная буйный нрав и симпатию к рыцарям нашей ненаглядной Талви, решила устроить небольшое представление. Ведь одно дело — если Её Высочеству протянет венец Брильды какой-нибудь чужеземный принц-слюнтяй, а другое — если тоже самое сделает таинственный рыцарь, победивший самых прославленных воинов обоих королевств. И даже не важно, что все участники заранее подкуплены.
— Что? Погоди, но это же обман и измена! Да если бы другие мэлорские рыцари знали, то тут бы всех… — закричал я от изумления. — А ты? Если ты знал об этом позоре, то почему не вмешался?
Разочарование вновь (и теперь уже навсегда) прогнало улыбку Ирта.
— А вот это ты зря… Забыл уже, небось, как я тебя выгораживал, когда ты в первый раз на турнир прибыл, — хмуро и с осуждением вымолвил он. — Никто не верил, что сир Тальвик посвятил тебя в рыцари, а я ведь вмешался и соврал, что был свидетелем этого, хотя меня и не просили. Вот как ты мне отплачиваешь, а?
— Нет, но это всё равно бесчестно. Истинный рыцарь никогда бы не стал обманывать леди, тем паче принцессу, а такие фальшивые турниры — просто плевок в лицо Роланда и всего нашего народа!
— Ага, бесчестно? — с обидой ответил уже вконец расстроившийся Ирт. — Вот только молодые лодыри вроде тебя в силах тыкать всем в нос своей «честью», а мне надо жену и детей кормить! Эх, не тому ты у сира Тальвика научился — ведь он ещё в те времена жил, когда всех этих глупых «Добродетелей» ещё не напридумывали, а «сэр» и «сир» значили одно!
А знаете, что, мне даже нечего было ему ответить, настолько сэр Ирт был уверен в своей правоте. Нет, конечно, золото ему куда нужнее, чем мне, но нельзя же вот так вот легко поступаться всеми нашими клятвами! Но тогда я решил, что хватит уже осуждать старого дурака, и попросту ушёл из шатра, размышляя только о том, как бы раскрыть этот коварный и бесстыдный заговор.
К счастью, сама Святая Троица, похоже, решила в тот день указать мне путь…
Что же мне делать? — бессильно вопрошал у небес я. Как-то пройти к принцессе и всё ей рассказать? Нет, у неё слишком большая охрана, да и Её Высочество просто-напросто не поверит какому-то странствующему рыцарю. Но что же ещё? Как мне искупить позор моих товарищей по рыцарству?
И тут я вспомнил лист с именами и парами участников турнира. Таинственный рыцарь как-никак должен был уже сражаться, ещё до меня… Но где же он? — внезапно возник у меня в голове вопрос. Ведь если киранский принц так и не прибудет, то этот фальшивый турнир закончится неудачей!
Наивная и немного глупая идея, понимаю, но в тот час мне не пришло в голову ничего лучше. Я решил отыскать этого принца до того, как другие вручат ему руку Дикой Розы. Но только как? Таинственные рыцари могут приехать в любой момент первого этапа турнира, а где они до этого прячутся, обычно знают только Боги…
Вот их провидению я и решил довериться. Я попытался аккуратно (но, скорее всего, неумело) поспрашивать других о рыцаре, что должен был сражаться в третьей паре, но, судя по всему, многие киранские дворяне и сами жаждали его отыскать. Зрители тоже ничего не знали, время следующего поединка уже поджимало, а сам я направился к своему старому коню, вздыхая и ругаясь от бессилия.
Уже там, на пастбище поодаль от шатров других рыцарей, я увидел, что рядом с ним стоит прекрасная белая кобылица, седло которой (как я узнал, подойдя поближе) блестит новенькой кожей и небесной синевой. Искусные золотые узоры, украшавшие её стремена и уздечку, ясно говорили о том, что эта лошадь принадлежит кому-то крайне богатому, а мягкие движения крупа — об определённой симпатии к моему Лавру.
— А где же твой хозяин, красавица? — спросил я, тихонько подходя к ней слева сбоку. Кобылица явно была замечательно обучена и нисколько меня не боялась. — Надо же вернуть ему или ей такое сокровище…
Когда я прикоснулся к поводьям, она чуть вздрогнула и попыталась вырваться.
— Ну-ну, не переживай. Хочешь, мы Лавра с собой возьмём — вместе будем искать…
По чести говоря, в тот миг у меня всё вылетело из головы: и принцессы, и лживые «сэры», и даже незнакомый мне киранский принц. Как-никак первым долгом рыцаря является помощь самым разным людям, а возвращение потерянной лошади (тем более такой дорогой для наездника) точно заняло бы у меня меньше времени, чем раскрытие заговоров.
