Сердце буквально оборвалось, когда я увидел незапертую лишь неплотно притворённую дверь. От страха я заметался по дому в нелепой надежде случайно наткнуться на свою непослушную дочь. Я её даже ругать не буду, когда найду лишь бы только всё обошлось, слишком страшно потерять её едва найдя заново. Лишь оббежав гостиную и кухню, я понял, что начинать следовало со второго этажа. Там таилась главная угроза. Я с ума сходил и пообещал себе, что, если вампир причинил ей вред — убью и пусть меня за это казнят, я готов был принять любую участь.
Прыгая через ступени, взбежал наверх. Дверь спальни Джеральда стояла как всегда настежь, и почему-то я подкрался к ней осторожно, сдерживая дыхание и стараясь ступать тихо. Чем мне это могло помочь, я не представлял, но логика просто не работала. Вообще.
Открывшаяся картина на миг совсем лишила сил, ослеплённый ужасом я не сразу и увидел, что дочка дышит, причём спокойно и размеренно. Свернувшись клубочком и безмятежно пристроив голову на плечо Джерри, она спала, а пальчики свободной руки цеплялись за отворот домашней куртки вампира.
Надо сказать, что сам кровосос не дышал вообще. Лицо выглядело фарфоровым как у куклы. Ладонь поверх пледа казалась изваянием. Я вдохнул выдохнул и шагнул в комнату, но последствия этого необдуманного поступка напугали едва не больше, чем всё происходящее до этого.
Джеральд оскалился и зарычал, негромко, но страшно. Веки чуть дрогнули, блеснули щёлочки приоткрытых глаз. Почему-то я подумал, что не знаю, какого они цвета. Не нашёл ничего умнее, кроме как выяснять несущественные детали. В начале знакомства всё в нём показалось мне серым, а потом как-то в голову не пришло присматриваться, зачем обеспокоился этим сейчас?
Я мирным жестом поднял ладони, показывая, что в них нет оружия и снова отступил за порог. Рычание стихло, хотя зубы не совсем скрылись под бледными полосками губ. Глаза продолжали слепо на меня смотреть.
Я совершенно не представлял, что дальше делать. Найти какое-то оружие или принести ведро воды, или чем ещё можно привести в чувство вампира? Мне запоздало пришло в голову, что он вёл себя так, словно боялся разбудить спящего ребёнка. Что, если я опять себя накручиваю, а у Джеральда и в мыслях не было ничего дурного. Своих ребят он ведь не обижал.
Внимательно присмотревшись к Мыши, я не заметил никакого урона. Щёчка мирно розовела, от дыхания чуть шевелился свалившийся на лицо локон. Картина выглядела бы необыкновенно мирной, не ютись моя дочь под боком пирата, вампира и наркомана. Впрочем, в последней позиции я мог и ошибиться.
— Хорошо, — пробормотал примирительно. — Ухожу.
Я развернулся, не зная пока, что делать дальше, и едва не скончался на месте, когда в спину прянул порыв ветра, и вампир внезапно обнаружился стоящим за плечом. Я бессильно прислонился к косяку.
Мышь покоилась в объятиях Джеральда и по-прежнему безмятежно спала, он ухитрился вскочить, переместиться так ловко, что даже не разбудил ребёнка.
— Ты ненормальный! — вырвалось не очень вежливое, но близкое к истине определение.
Мне было не до учтивости.
— Напугал? Мне так удобнее.
Я не рискнул уточнять, что он имел в виду. Джеральд продолжал:
— Возьми её и отнеси к матери, а то если она проснётся и всё это тут застанет, прибьёт ведь и тебя, и меня и будет в своём праве. Я хотел с утра пораньше распорядиться, да проспал.
— Зачем ты вообще её взял? — возмутился я вяло.
— Сама пришла. Поддержать страдающего вампира. Мы мило пообщались, а потом она захотела остаться. Я не обижал её, поверь.
Собственно говоря, безмятежный вид спящей Мыши, её мирное разморённое личико говорили сами за себя.
— Сейчас, — попросил я минутку отдыха. — Руки перестанут трястись.
— Борис, мне плохо, но я справляюсь. Не тревожься об этом.
Чувство вины уже перед ним взяло меня за горло.
— Прости, — сказал я искренне. — Это я должен был поддержать тебя в трудную минуту, хотя бы предупредить, что возможны проблемы, а я так растерялся, увидев вас вдвоём с Мышью, испугался за неё и за Грейс. Я просто забился в нору, а не должен был так поступать.
— Да ничего страшного, — сказал Джеральд. — Я прослушал запись и разобрался в ситуации. Держи девочку, она молодчина. И да: с тобой делить постель я бы не стал и не только потому, что жена приревнует.
Он передал Мышь так ловко, что она не проснулась, а потом решительно положил ладонь мне на плечо и развернул к выходу.
— Я подремлю, пока вы завтракаете. Воняет — жуть.
Через мгновение, я и моргнуть не успел, он уже снова лежал на постели. Сил, по крайней мере, этот вампир не утратил, проворства тоже.
Я осторожно спустился вниз, ноги всё ещё ощутимо подгибались, и отнёс Мышь в её комнату. Из пледа выпутывать не стал, побоялся растревожить. Ну да раз девочка здесь, то неизвестно откуда взявшаяся лишняя тряпка уже не будет иметь большого значения.
Пришлось посидеть немного, чтобы окончательно прийти в себя, а потом я всё же отправился готовить завтрак, сожалея, что причиняю этим неудобство и без того страдающему вампиру.
