– Вот ведь, какие вещи выясняются! – сказал удивленный Геракл. – А в самом деле, вскоре после этого в Иолк поехал Креонт для заключения союза. Ясон, так а все-таки, ты слышал о смерти Полимелы?
– Слышал, – неохотно ответил сын Эсона, – но очень смутные рассказы знакомых придворных отца, которые тоже от кого-то это слышали. О причинах ее самоубийства говорили неясно, что-то в том духе, что, сидя на чужбине без дела, она тронулась умом. Отец относился к этим сведениям с большим недоверием.
Эсон хотя и состоял с Пелием в близком родстве, но с определенного времени с ним не общался. А в поход за Симплегады он отправил Ясона лишь потому, что видел в этом возможность выставить своего сына в более выгодном свете по сравнению с царским: он не сомневался, что Акаст не проявит даже никакого интереса к походу.
– Ну так вот, друзья, – продолжал свой рассказ Пелей. – Прежде, чем я перейду к самой интересной – прежде всего для нашего гостепреимца Кизика – части своего рассказа, следует все же кратко упомянуть о ходе войны с кентаврами и, поверьте, не ради хвастовства, поскольку хвастаться было, как и в семейных делах, решительно нечем. Пока мы противостояли кентаврам на лугах под горой, где они пасли овец, мы еще могли что-то сделать. Но лишь только мы оказывались в местности пусть вобщем-то ровной, но уже лесистой, враги одолевали нас. И уж тем более мы были бессильны в горах. Минийские воины ведь приучены к строю и шагу на дороге и в ровном большом поле, а в горах упавшая ветка, обычный камень, а в мокрую погоду даже и просто настил из опавших листьев может стать препятствием плохо подготовленному человеку, а особенно в условиях, когда каждое дерево толще обхвата, каждый уступ скалы, любая канава таят в себе опасность. Воин должен смотреть и под ноги, и по сторонам, и назад, и даже наверх. Тут требуется, конечно, совсем иная выучка, которой у нас не было. Мы не раз поддавались на уловки кентавров, они заманивали нас в засады и за счет внезапности нападения убивали многих из нас. Правда, нам удавалось всякий раз выбираться, ибо, стоило только миновать первым мгновениям неожиданности, как мы начинали одерживать верх просто потому, что были лучше вооружены. При этом мы предпочитали организованно уйти, а не преследовать врага, потому что вполне могли – и такое бывало – либо нарваться на новую засаду кентавров, либо, плохо зная местность, дать себя без труда окружить. Казалось, что уничтожить их можно только вместе с их лесом, а усмирить – лишь каким-то образом вступив с покрывавшими их деревьями в сговор.
– Это точно! – отозвался Кизик. Его слова переводил Орфей. Ситуация была сыну Энея, очевидно, знакомой. – Мой отец и я сколько ни пытались покончить с нашими землеродными, ничего не выходит.
