Элиот поднимается с кресла и падает на кровать. Его голое тело, освещённое лампой, кажется более загорелым. Отнюдь не нужные мысли так и крутятся в сознании. Я пытаюсь проанализировать, как так получилось, что я постоянно оказываюсь в комнате с полуобнажённым парнем, но ответ так и не приходит на ум.
Судя по атмосфере в комнате, Элиот ведет себя вполне естественно и не чувствует того напряжения, что и я. Ещё бы, ведь это я зашла к нему!
В голове мелькает мысль о том, что Крис уже начал бы отпускать пошлые шутки, но Флоренси молчит, лишь рассматривает, словно изучает. Я немного расслабляюсь и выдыхаю, поняв, что это не так неловко, как я думала.
— Я хотела кое-что узнать, — наконец произношу я, сделав пару шагов навстречу парню. Теперь свет лампы касается и меня. Элиот с интересом обращает взор на мою шею, отчего тут же принимаюсь поправлять волосы, хотя это в большей степени бессмысленно.
— Ладно, — просто соглашается он. — Что такое?
— Это насчёт Шистада, — медленно подвожу и пристально наблюдаю за его реакцией.
Он слабо смеётся, и сережка в ухе подпрыгивает. Элиот выглядит немного вычурно на фоне семьи. Я невольно провожу аналогию: Крис тоже не похож на своего отца.
— Я догадался.
— Ты сказал, что он уехал по делам. Ну, и… — я немного мнусь, не зная, что именно хочу спросить. — Когда он вернется?
— Я думаю, что он уже, — равнодушно пожимает плечами Элиот. — Могу ему набрать, если хочешь.
— Нет, не нужно, — говорю я, хотя на самом деле хочу удостовериться, что Шистад дома.
Не знаю, связано ли это с нашей ссорой или растущим волнением, но это почему-то становится важным. Решаю обдумать всё позже и, кивнув, разворачиваюсь, чтобы уйти. Медленно иду к двери, когда Элиот переспрашивает с ноткой беспечности:
— Уверена? Мне несложно.
— Ну, если ты настаиваешь, — быстро отвечаю я, на что Флоренси усмехается.
Он тянется к столу, кончиками пальцев подтягивая телефон к краю, и, схватив его, быстро водит по экрану. Видимо, отыскивает нужный контакт. Затем Элиот прикладывает телефон к уху — я, прикусив губу, прислушиваюсь к гудкам, тщательно отгоняя мысль о том, что Шистад может не взять.
— Ты уже вернулся? — без какого-либо приветствия спрашивает Элиот, и я облегчённо выдыхаю.
Парень кивает мне, давая понять, что ответ Криса положительный. Я тоже киваю в ответ, благодаря его. Быстро скольжу к двери и уже хватаюсь за ручку, когда Флоренси произносит:
— Да, она здесь.
Оборачиваюсь, сама не совсем распознавая собственные эмоции, бушующие внутри. Мне приятно, что Крис поинтересовался обо мне, и от этого в низу живота разливается тепло, но я не слышу его голоса, оттого испуг запускает десятки волн мурашек по телу. Вероятно, Шистад всё ещё злится. Я тоже зла на него. Наверное, в этом и состоит корень проблемы: мы не доверяем друг другу, хотя на самом деле у нас не было шанса довериться. Очевидно, всё «это», которому я не придумала название, началось не на выходных, а намного раньше. Только вот быстрая смена событий даже не дала возможности обдумать последствия и степень ответственности, которая вот-вот упадёт на наши плечи. Как только вернутся мама и Томас, всё станет ещё сложнее, чем было до этого момента. И в какой-то степени мне обидно: я даже не успела насладиться тем, что таилось взаперти долгое время и теперь вылезло наружу. Миг счастья, который нам удалось поймать за хвост, сейчас растворился в проблемах, окружающих каждого из нас. Это самое отвратительное.
Решаю не дослушивать разговор и выхожу в коридор, тщательно прислушиваясь к шуму воды в ванной: не хочу объяснять Эмили, что я делала в комнате Элиота. Я пока не готова рассказать подруге о Крисе, как и не готова полностью взять на себя ответственность за совершённое. Сначала нужно обсудить с Шистадом, что всё это значит и что мы будем с этим делать.
Прошмыгнув в комнату Эмили, я сажусь на ковёр и некоторое время просто зависаю в своём телефоне. Когда девушка возвращается, я иду в ванную, чтобы почистить зубы и умыть лицо.
Мы гасим свет и укладываемся в кровать. В комнате повисает молчание, и я решаю, что Эмили уснула. Стараюсь не думать о том, что мы так и не поговорили о Мистере Х, но, по-видимому, Эмили пока не готова обсуждать это так же, как я не готова говорить о Крисе.
Я переворачиваюсь на спину и задумчиво рассматриваю в потолок, мыслями возвращаясь к выходным. Сейчас, вдали от Шистада, я думаю более ясно и сознательно, и на деле всё кажется более абсурдным. Так всегда бывает, когда руководствуешься не разумом, а чувствами.
Со стороны Эмили раздаётся шорох, отвлекающих от раздумий, и я слышу её тихий выдох, прежде чем она говорит:
— Это Бодвар.
Комментарий к Глава 20
С понедельника начинается зачетная неделя, но я не пропадаю 🥰
Оставьте пару слов, мне будет приятно))
========== Глава 21 ==========
