– Здравствуйте, – тихонько обращаюсь к нему я.
Мужчина поднимает взгляд и вежливо улыбается. При виде нас его усталые глаза вдруг расширяются. Я смотрю на перевязанную руку своего спутника, но, к счастью, та скрыта под рубашкой. Никаких признаков заживающего пореза и светящегося «пластыря». Через мгновение глаза администратора разочарованно тускнеют, как только он замечает, что Мэтью сжимает мою ладонь. Я краснею и пытаюсь вырваться, но он не пускает. Не столько приказ, сколько приглашение. Я кладу свою руку на его, наслаждаясь ее теплом.
– Чем я могу вам помочь? – шепотом спрашивает секретарь, на чьем бейджике написано «Майкл».
– Мы ищем Лори, – поясняю я. Мужчина удивленно приподнимает брови.
– У нее редко бывают посетители. Ее кабинет внизу и налево, в самом конце архива.
Мы благодарим его и направляемся в другой конец здания. На моем плече красуется вязаный шопер. Внутри, завернутый в несколько шарфов, лежит проклятый том. Я придерживаю свою ношу, пока мы проходим мимо полок с книгами по американской истории и социологии. Наконец мы сворачиваем в затемненный коридор, освещенный единственной лампой, которая качается на своем креплении, несмотря на отсутствие поблизости вентиляционных отверстий. Единственная дверь, похоже, ведет в кладовку уборщика. Я неуверенно смотрю на Мэтью. Он пожимает плечами, тоже сбитый с толку.
Я осторожно стучу в дверь кладовой. Она распахивается, и мы с Мэтью разом отступаем, когда нам навстречу выходит молодая женщина в самых больших очках, которые я когда-либо видела. У нее каштановые кучерявые волосы, собранные в небрежный пучок, и она одета в длинное серое платье. С пояса, обвязанного вокруг бедер, свисают карманные часы. На пальцах у нее вместо колец десять шестеренок. А ведь мы уже встречались на Самайн, она ведьма времени.
– Вы рано, – резко замечает женщина, оглядывая нас обоих с головы до ног.
– Лори! Рада тебя видеть, – говорю я, протягивая руку. – Я пришла встретиться с Джинни. Она просила обратиться к тебе.
Лори некоторое время смотрит на мою протянутую руку, затем снова поднимает взгляд на меня. Ее глаза за огромными линзами кажутся еще больше.
– Вы рано, – повторяет она.
– Извини, – мямлю я, немного растерявшись: похоже, мы ее обидели.
– Нет смысла извиняться. Джинни, должно быть, не рассказала тебе, как здесь все устроено. Могу я узнать твое имя и принадлежность к ковену? Мне нужно занести это в свой «Распорядок».
– О да, я Геката Гудвин, – представляюсь я.
– Какой ковен? – спрашивает она, вытаскивая из кармана своего платья кожаный дневник размером с ладонь и гусиное перо.
– Атлантический ключ, – тихо бормочу я. И правда, с чего бы ей знать, кто я такая.
– Правда? – Лори отрывается от книги и пристально смотрит на меня. – Мы раньше не встречались?
– Раз или два, – признаю я. Она качает головой.
– Извини. Я совершенно не запоминаю лица людей.
– Все в порядке, – улыбаюсь я. Мама однажды сказала мне, что временн
– А ты? – спрашивает она, поворачиваясь к Мэтью.
Я напрягаюсь, но он отвечает на ее вопрос спокойным тоном:
– Мэтью Сайфер из Тихоокеанских врат.
Она на мгновение бросает свои каракули и вопросительно смотрит на меня.
– Я за него ручаюсь, – твердо говорю я.
– Тогда ладно, – ворчит она, внося его имя в свою записную книжку. – У нас есть еще несколько минут, но заходите. Лучше тут не маячить и подождать внутри.
Она манит нас в свою маленькую комнату. Мы с Мэтью входим бок о бок. Нам троим там тесно. Мы стоим вокруг маленького кофейного столика с двумя большими песочными часами. Комната полнится нестройным тиканьем часов. Стены увешаны хронометрами, их минутная и секундная стрелки меня буквально завораживают.
– Не пялься на них! – встряхивает меня Лори. Я отрываю взгляд от замысловатых резных часов с кукушкой. – Ты же не хочешь потеряться во времени? – спрашивает она.
– Нет, – отвечаю я приглушенным, неуверенным шепотом.
Она предупреждающе поднимает палец, и я умолкаю. Почти уткнувшись носом себе в правое запястье, Лори изучает свои инкрустированные бриллиантами часы.
– До полуночи еще две минуты. Пожалуйста, никаких разговоров. Мне нужно сосредоточиться.
Мэтью улыбается мне, пока мы неловко стоим в темной комнате. У меня язык чешется что-нибудь сказать, спросить, где Джинни, но указательный палец Лори все еще торчит вверх, призывая нас к молчанию.
После долгой паузы, во время которой тишину нарушает лишь непрекращающееся тиканье часов, Лори наконец-то опускает запястье.
– Еще десять секунд. Посмотрите сюда, пожалуйста. – Она указывает на песочные часы, наполненные черным как смоль песком. – У вас будет тридцать минут.
– Тридцать минут? – переспрашиваю я, переводя взгляд на нее.
– Смотри на песочные часы! – щелкает она пальцами и указывает на кофейный столик.
Мэтью фыркает. Я толкаю его локтем, но таращусь куда велено.
