Все эти годы она лгала мне и защищала меня. И теперь, без нее, я оказалась уязвима. Именно так, как сказал Мэтью. Я внезапно чувствую себя очень, очень одинокой. Наклоняюсь вперед, опускаю голову на руки и долго так сижу. В конце концов я чувствую, как чья-то теплая рука касается моего плеча.
– Кейт, – мягко зовет Мэтью. Я поворачиваюсь к нему лицом.
– Ты все это знал? – спрашиваю я его. Он пристально смотрит на меня, его рот сжат в жесткую линию.
– В Тихоокеанских вратах ходили всякие… разговоры. Слухи. Однако мне нужно было, чтобы тебе это подтвердил кто-то другой.
Он говорит медленно, тщательно подбирая слова, а сам обшаривает глазами стены комнаты.
– Значит, вот как все обстоит? Какой-то древний страж смерти собирается утащить меня в подземный мир?
– Я такого не допущу, – заверяет меня Мэтью.
– Удачи, – усмехается Джинни, все еще перелистывая дневник. – Как только солнце сядет на Хеллоуин, он достигнет пика силы.
– Как и Кейт, – твердо говорит Мэтью.
– А есть какой-нибудь способ его успокоить? – спрашиваю я Джинни. От мысли, что мои сестры и весь ковен в опасности, от мысли, что Мэтью пытается вмешаться, у меня становятся влажными руки.
– Ну ты всегда можешь согласиться стать его ведьмой.
Она нервно смеется.
– Нет, – рычит Мэтью со своего стула.
– Чем именно это могло бы закончиться?
– Не смей даже рассматривать такую возможность! – возражает Мэтью.
Я поворачиваюсь к нему и приподнимаю бровь. Он закрывает рот, но продолжает мрачно хмуриться.
– Судя по его поведению в историях, катастрофой, – выдыхает Джинни. – Он, вероятно, использовал бы твою энергию и жизненную силу, чтобы ходить по земле живых в течение шести месяцев каждый год. Заключал бы дьявольские сделки и сеял хаос в жизни смертных. И давайте не будем забывать, что ни одна ведьма из списка Маргарет не дожила до сорока лет.
– Я могу что-нибудь сделать? Чтобы защитить себя?
– Он порождение тьмы. То есть его вотчина – тени. Пока светит солнце, он не сможет добраться до тебя.
– А когда оно зайдет? – настаиваю я.
Лицо Джинни становится мрачным.
– Возведи защитные барьеры в своем доме. Развесь зачарованные саше. Призови предков. Делай все что угодно, лишь бы оставался шанс уцелеть.
Она слегка улыбается, но улыбка не доходит до ее глаз.
Я медленно оседаю в кожаном кресле.
– Я должна написать Миранде, сказать ей и Селесте, чтобы они не приходили на Самайн. Никто из ковена не должен приходить, – шепчу я дрожащим голосом.
Мэтью встает со стула и разворачивается ко мне. Он опускается на колени рядом со мной и берет мои руки в свои. Джинни зачарованно наблюдает за нами.
– Посмотри на меня, – настаивает он. Я встречаюсь с ним взглядом. – С тобой или твоей семьей ничего не случится. Ничего.
Его глаза темные и серьезные. А голос такой уверенный.
– Ты что, не слушал, Мэтью? Я – легкая добыча. На самом деле все даже хуже, потому что моя магия всецело связана с тем самым существом, которое на меня охотится. И теперь, когда маминой защиты не стало, надежды нет.
– Неправда, – возражает он. – У тебя есть собственные силы. У тебя есть твои сестры. Твой ковен.
– Я не могу их в это втягивать.
– Ты уже втянула, – напоминает мне Джинни. Мы оба смотрим на нее, и она пожимает плечами. – Не поймите меня неправильно, я рада помочь. Не думаю, что от меня будет много проку в реальном противостоянии, но, если вам понадобится какая-либо информация, сделаю все, что в моих силах.
При этих словах сумка у меня на боку будто становится тяжелее.
– Тебе удалось отыскать что-нибудь про снятие чар? – спрашиваю я.
– Нет, я была слишком занята, – с сожалением говорит Джинни, глядя на книги, разбросанные по столу и полу кабинета.
Я вытаскиваю проклятый гримуар из мешка.
– Эта книга – не прикасайся к ней! – предупреждаю я, когда Джинни протягивает к ней руку. Она отстраняется. – Так вот, книга пропитана проклятием, созданным из магии крови. Оно не позволяет увидеть в ней ни слова. Вдруг ты, как книжная ведьма, все равно сможешь ее прочитать?
Это моя последняя крупица надежды. Джинни задумывается.
– Может быть. Открой и дай мне посмотреть.
Она наклоняется вперед, а я осторожно переворачиваю страницы до середины. Те, как всегда, пусты. Джинни долго смотрит на них.
– Что-то… есть, – шепчет она.
Мое сердце подпрыгивает.
– Правда? Ты можешь прочитать? Что там написано? – забрасываю я ее вопросами. Она выпрямляется и качает головой.
– Разобрать не могу. Но я чувствую слова. Книга хочет, чтобы ее прочитали. Она определенно не пустая. – Джинни морщит нос. – Почему бы тебе просто не попросить бабушку снять проклятие? – говорит она через мгновение.
– Мы уже просили, – тихо признается Мэтью, все еще стоя рядом со мной. Джинни ухмыляется.
– И она отказалась? Интересно, – замечает она, барабаня пальцами по одной из лежащих рядом с ней книг. – Что ж, у меня не было времени что-либо искать. Но бабушка всегда говорит: если у тебя нет под рукой метаведьмы, смыть магию крови или тени можно водой из реки Стикс.
