— Можно. Но в разумных пределах, конечно, — вовремя поправил себя инструктор. — Например, мы можем помочь вам сгореть в огне, утонуть в океане или тихо скончаться в постели от инъекции высокотоксичного яда. Вы можете умереть в мучениях, без мучений, быстро, медленно, в сознании, без сознания — в общем, как вам заблагорассудиться! Тут вас ограничить может только фантазия! Если хотите, я включу головизор с записью различных суицидов наших клиентов. Естественно, это полностью легальные съемки, сделанные с разрешения самих клиентов.
— Нет-нет! — вскинул руку Борис. Он представлял, какие жуткие картины были на записи, и многое бы отдал, чтобы завладеть таким сокровищем и показать по главному голоканалу Дейча. Этот сюжет мог бы продержаться месяц на вершине хит-парада популярности! — Это, пожалуй, будет слишком. Я и так устал от крови и жестокости из-за своей тяжелой профессии. Мне хочется спокойствия и минимум страданий. Чтобы предчувствие смерти не давило на сознание, а пришло незаметно и… естественно, что ли… Что-то подобное можно придумать?
— Прямо скажем, не самая простая задачка, — задумался Самлон.
— Еще я опасаюсь, что в одиночку мне будет немного не по себе, — после секундной паузы произнес Борис. Наступал решающий момент разработанного плана. — В буклете я видел упоминание о том, что возможны также и групповые суициды. Думаю, меня это могло бы устроить. Что скажете?
— Кстати, это хорошая идея, — заметно оживился Самлон. Затем развернул над столом голоэкран компьютера и принялся копаться в многоуровневой таблице какого-то файла. — Кажется, сегодня я видел… Где же эта заявка? Ага, вот, нашел… Так, так… Все верно, пожелание совместного суицида, предпочтение — иная раса… Отлично!
Борис сидел, затаив дыхание, слушал бормотанье саилока и отчаянно надеялся, что дельце выгорит. Если все выйдет, как они задумали с редактором, скандальный репортаж потрясет половину Федерации! Беспрецедентное интервью с самоубийцей перед совершением суицида и съемка момента его смерти — и все это в прямом эфире! — поднимет рейтинг голоканала на заоблачную высоту, а вместе с ним и популярность самого Колбина! Угроза же судебных разбирательств с «Глобал Суицид Корпорэйшн» Бориса пугала мало. У голоканала была такая команда юристов, что могла разорвать на части любую прокуратуру в Федерации, вплоть до Верховной Прокуратуры старушки-Земли.
— Значит так, господин Колбин, — наконец оторвался от экрана Самлон. — Мы можем организовать вам поездку по монорельсам вместе с одним нашим клиентом, который тоже пожелал умирать не в одиночку, и сделать так, чтобы дорожка заканчивалась над обрывом. Вагонетка упадет с огромной высоты прямо в океан и, уж будьте уверены, выжить после этого вам стопроцентно не удастся.
— Пожалуй, такое самоубийство мне подойдет, — прикинув зрелищность будущего репортажа, кивнул парень.
— Отлично. Будем считать, что мы договорились, господин Колбин. Тогда давайте назначим суицид на вечер — все равно раньше нашим техникам не удастся подготовить дорожку должным образом. А пока вы сможете отдохнуть с дороги в гостиничном номере и набраться сил перед вашим самым ответственным в жизни поступком.
— Вечером, так вечером, — легко согласился Борис. Подумать только, а ведь они с редактором рассчитывали провести репортаж как раз вечером! Все складывается, как нельзя лучше. — Надеюсь, у вас мягкие постели, а то я в пассажирском лайнере совсем не выспался. В гиперпереходах постоянно трясло, что, честно говоря, возмутительно — первый класс предполагает наличие мощных гравикомпенсаторов.
— В таком случае предлагаю оформить договор, — преступил к формальностям саилок. Над столом вновь появился голографический экран, по нему побежали строчки универсального языка Федерации. — Все условия стандартны. Вы, надеюсь, успели изучить их в высланном ранее экземпляре?
— Да-да, конечно, я внимательно ознакомился с условиями. Вопросов нет.
— Совсем никаких? — неожиданно проницательно взглянул инструктор на Бориса и тот с ужасом подумал, что саилок каким-то образом догадался о его плане. Но тотчас же отогнал от себя подобные мысли, ругая за слабоволие. Не может такого быть, ментальные обручи надежны, как Центральный банк Федерации!
— Вообще-то, один есть. А что за клиент будет моим партнером? Если это не секретная информация, конечно, — поинтересовался человек.
— Кламиант с планеты Вегатон, — с заминкой произнес Самлон, вглядываясь в голоэкран. — Вегатон — планета-океан, чем-то похожа на Суицидику. А кламианты — это разумные… гм, люди называют их почему-то осьминогами. Очень своеобразная и интересная раса, которая, кстати, также обладает развитыми традициями суицидов.
— На что вы намекаете? — насторожился Борис.
— Ну, — Самлон запнулся, — по нашей статистике более восьмидесяти пяти процентов самоубийц чувствуют себя увереннее, когда совершают суицид в компании индивида, который имеет высокую психологическую устойчивость к смерти. А кламианты, как известно, жертвуют собой для продолжения рода. В каком-то смысле, конечно…
