— Нет, конечно же, нет. Но когда Вы с сержантом Хаттоном закончили необходимые дела и отбыли, я пробрался в выгоревшее помещение после вас и обнаружил там пустой огнеупорный тайник. Сами посудите, мистер Кроуз, что я должен был подумать?
— То, что если Самоучитель Игры сохранился, и Ся Бо не успел по каким-то причинам захватить его с собой, он должен быть у меня. — резюмировал инспектор, пожёвывая свою сигару.
— Вот видите, Вы верно меня поняли. И заметьте, я опять оказался прав! Довольный собой коммивояжёр развернулся к столу чуть боком и наконец-то опустил свой саквояж на пол. («Ну вот, наконец, и расслабился…»).
— Если и в самом деле окажется, что вы не убивали переводчицу, я похлопочу, чтобы Вас приняли на службу в полицию, сразу на должность инспектора.
— Ха-ха-ха. Опять Ваши шуточки, мистер Кроуз, — коммивояжер ослабил ворот.
— Ну, хорошо, допустим. А как Вы вышли на девчонку?
— Тем же самым дедуктивным методом! — снова не без гордости за себя объявил он. — Настоящий Самоучитель ей всё равно вряд ли бы удалось перевести, но на Вашем месте, имея дело с любопытной китайской рукописью, сулящей многие выгоды, я бы поступил точно так же.
— Но она — не единственная переводчица с китайского в управлении Британской Колониальной полиции, — заметил инспектор.
— Да, мистер Кроуз, да, — махнул указательным пальцем Смит пред своим, приобретшим выразительную мимическую подвижность лицом, — только две другие — англичанки. Ну какой же идиот станет обращаться с таким деликатным поручением к англичанкам! — коммивояжёр громко захохотал.
— Я хочу, чтобы Вы понимали, мистер Смит, что всё, что Вы дальше расскажете о контактах с переводчицей Ляо Вэнь Лянь, может свидетельствовать, как в Вашу пользу, так и напротив, — инспектор сказал это больше для того, чтобы успокоить разгорячённого Смита.
— Я Вас понял, мистер Кроуз, — засопел носом коммивояжер. — Контакты… Контакт был только один, вчера вечером. Я предварительно выследил, где именно она живёт и положился на удачу. Только сначала мне пришлось угостить садовника той старой леди, у которой она снимала комнату. Я убедил его, что имею виды на Ляо, и она вроде бы не против, но нас волнует хозяйка дома, известная своими строгими нравами. Тогда благодарный садовник поспешил меня успокоить и поддержать в моём предприятии. Он рассказал, что леди принимает в качестве снотворного опиумные капли, и это даёт ему возможность самому вволю резвиться по ночам с домработницей Луизой.
(«Вот тебе, и ни одна мышь не проскочит! Старая кошёлка»).
— Девушка вполне могла оставлять рукопись в рабочем кабинете, — продолжал коммивояжер, — и тогда, сами понимаете, мне никак не светило до неё добраться. Как видите, я снова хватался за единственную призрачную возможность. Садовник в назначенный час открыл мне ворота и указал на лестницу, ведущую в мансарду, где жила Ляо. Я поднялся по скрипучим ступеням, но старая леди, видимо, и вправду дрыхла как сурок, наглотавшись своих чудесных капель.
Через оконце комнаты Ляо во внутренний двор проливался тусклый желтоватый свет. Девушка ещё не спала. А то, что она даже на ночь не запирает дверей, я узнал от того же садовника. Охальник как-то сам попытался пробраться к ней, но получил по такому месту, что три дня был вынужден что-то невнятное потом объяснять Луизе, — Смита и теперь, когда он обо всём рассказывал инспектору вновь позабавила эта интимная подробность. — Больше всего я опасался, что она примет меня за насильника, пробравшегося в дом. Поэтому я тихо постучал в её дверь. Мне никто не ответил. Тогда я постучал во второй раз, а потом, не дождавшись ответа и во второй раз, я без приглашения вошёл. Сердце моё бешено колотилось, возможно, я был у самой цели.
— И что Вы увидели?
— Девушка стояла посреди комнаты и держала двумя руками перед собой какой-то странный кривой нож. Она была готова ко всему, это читалось в её взгляде. Тогда я сказал: «Ляо, Вам не нужно бояться меня. Я не опасен. Меня послал Ся Бо, он хочет вернуть то, что принадлежит ему по праву».
— И она Вам поверила? — Кроуз недоверчиво глянул на свою потухшую сигару.
— Не сразу. Но на моей стороне было то, что я кое-что знал о настоящем Самоучителе Игры и о Патриархе Тлаху. Выслушав меня, она, немного поколебавшись, всё-таки отдала мне рукопись Ся Бо, произнеся при этом странную фразу: «Когда лиса попадает в капкан, ей всё равно, в какую сторону бежать».
Инспектор на несколько секунд задумался, осмысливая последние слова Ляо.
— Но Вы же поняли, что это не настоящий Самоучитель, не так ли?
— Разумеется. Только что же мне было делать? Вернуть его тут же девушке обратно, сказав, что Ся Бо эта рукопись уже не нужна? Если бы я тогда придал серьёзное значение её словам, если бы знал, чем всё обернётся, то я бы непременно так и поступил, хоть и выглядел бы чрезвычайно глупо, — коммивояжёр стал терзать свои редкие длинные волосы. — А ещё она дала мне ключ и попросила запереть дверь снаружи.
— И Вам это не показалось странным?
