И был старт, и были три горячих молодых парня, но не поделили они первый поворот. Гонку продолжить удалось, но в самой… далеко не в лучшем месте пелотона.
Прорываясь вперед, Бурбонне постепенно закипал и на 14-м круге вновь въехал в Вильнёва. На этот раз повреждения техники оказались фатальными: Жак покинул кокпит под утешительные аплодисменты зрителей, а Бурбонне поехал в боксы выслушивать упреки начальства в свой адрес. И куда уж тут без параллелей – это было очень похоже на конфликт Жиля Вильнёва и Дидье Пирони. Я даже прихожу к мысли, что, если бы Жиль не погиб, и эти два парня весь сезон боролись друг с другом, они бы обязательно проиграли кому-нибудь титул. А Жак Вильнёв и его напарник Клод Бурбонне, который видел в сынишке легенды своего главного соперника, одержав на двоих 12 побед, уступили титул настойчивому Энпрингему, выигравшему лишь единожды в том сезоне. Думается, не стоит напоминать, сколько побед было у Кеке Росберга в 1982-м.
Несмотря на третье место в турнирной таблице, именно Жак Вильнёв удостоился звания Новичка года и, согласно генеральному плану, перешел в «Индикар».
Как же так, спросите вы, как так вышло, что ничем не примечательный гонщик вдруг взял, да и обрел скорость? Во-первых, сам Жак неоднократно отмечал, что ему нужно время на адаптацию и учебу. Все то, о чем мы рассказывали – это период, когда совсем молодого и неопытного пацана бросили в омут с ребятишками, которые с молоком матери впитали понятия «апекс» на картинговых трассах. Во-вторых, тесты. Зимой 1994-го Вильнёв очень много тестировался, изучал трассы, технику и к началу сезона подошел вполне готовым пилотом. Наш герой очень переживал за дебют, особенно если учесть, что пришелся он на городскую трассу «Сёрферс Парадайз» с ее кочковатым асфальтом и стенами.
Жаку удалось квалифицироваться восьмым, так что поставленная перед ним цель финишировать в пятерке была вполне достижимой, однако опытный Стефан Йохансон отжал товарища в стену.
Не скажу, что я был расстроен – просто пытался анализировать, что можно сделать лучше. В какой-то момент я пришел к выводу, что слишком стараюсь. Надо было просто привыкнуть к этим скоростям, начать спокойно оценивать ситуацию, и успех бы рано или поздно пришел.
В скором времени Вильнёва ждало еще более серьезное испытание – овал в Финиксе. Дело было даже не в скорости, гонки на овалах требовали концентрации внимания, рассеянным парням на них не место. Жак стартовал вторым, но оказался в окружении опытных ветеранов, которые не собирались уступать лавры какому-то дебютанту, пусть и с громкой фамилией. Да и фамилией в те времена в «Индикаре» мог похвастать чуть ли не каждый второй. Закончилось все для канадца неожиданно и жестко. На одном из кругов гонки столкнулись Тео Фаби и Хиро Мацусита, в них приехал лидер заезда Пол Трейси, которому просто некуда было деваться. Бело-голубая машина Вильнёва летела, именно что летела следом, на скорости 300 км/ч.
Жак просто не успел разобраться в сложившейся ситуации – со стороны все выглядело так, будто камикадзе атакует борт линкора. Символично, что капитаном этого линкора оказался японец Мацусита.
Я сразу понял, что эпичной аварии не избежать. Сделать я ничего не мог, поэтому просто как маленькая девочка закрыл глаза и понадеялся, что все как-то само рассосется. Удар был жутким – когда я открыл глаза, мой визор валялся где-то в стороне, меня окружали клубы дыма. Первым удивлением стало то, что я не получил травм, а потом подошли маршалы и успокоили меня по поводу Мацуситы.
На овалах подобные аварии не редкость, и очень часто они приводили к самым печальным последствиям, но в этот раз Финикс не стал забирать свою жертву – все отделались легким испугом.
В Лонг-Бич Жак допустил несколько ошибок и не набрал очков. Естественно, тут же посыпались очередные упреки в несбывшихся ожиданиях. Люди видели лишь фамилию, попросту забывая, что перед ними дебютант, который пока только учится и набирается опыта. Но, как говорится, времени на раскачку не было.
