– Если хочешь, чтобы дело вышло хорошо, мокрушник, делай его как для самого себя, – дурачась, провозгласил Бетик.
Тут Чалк и Дрыгг расстегнули ширинки и стали мочиться в могилу. Я едва успел увернуться от мощных струй. Бетик же превзошёл всех. Спустив брюки, он уселся на бруствере и стал испражняться, сопровождая дефекацию фальшивыми желудочно-кишечными аккордами вперемешку с издевательскими замечаниями в мой адрес. Закончив, он поднялся с корточек и покрутил перед моим носом своими пухлыми ягодицами. Задницу этого недоцелованного в детстве садиста украшала идиотская татуировка. На каждой ягодице был изображен землекоп с лопатой, и когда Бетик переступал с ноги на ногу на манер мима или клоуна, ягодицы перекатывались вверх и вниз, и вытатуированные землекопы приходили в движение, начиная забрасывать лопатами землю в анальное отверстие. Закончив показательное выступление, Бетик демонстративно подтёрся моей майкой, выуженной из кучи лежащих неподалёку вещей. Стоя как оплёванный в углу могилы, я поклялся нанизать негодяя на тот самый вертел, на котором жарилась человечина.
Клубок непрерывно катался по противоположному краю ямы, и я мысленно пожелал ему сорваться в могилу и шлёпнуться в дерьмо, но он, конечно, не сорвался.
Вдоволь покуражившись надо мной, могильщики отошли и стали о чём-то совещаться в четверть голоса. Наверное, перемывали мне кости.
Тем временем я очистил могилу от экскрементов и продолжил копание.
Через несколько минут над ямой возник Чалк.
– Заканчивай, уже и так слишком глубоко!
– Для могилы яма мелковата, – возразил я.
– А я говорю, хватит копать! – рявкнул он. – Иначе жмурику будет трудно вылезать из ямы.
– Что, что?! – я так и застыл с лопатой в руках.
– Ничего, – загадочно ухмыльнулся Чалк. – Давай наверх: мы тебе покажем, как надо одевать покойника к торжественному спуску в Преисподнюю!
Я выкинул лопату на бруствер и выбрался из недокопанной (по нашим понятиям) могилы.
– Подвози жмурика! – велел Чалк.
Я оделся, сходил к телеге и подкатил её к могиле. Талли и Коротыш забежали в дом и спустя минуту показались на крыльце с непонятными предметами в руках. Коротыш держал в охапку, как большой арбуз, нечто вроде шлема от тяжёлого глубоководного скафандра, а Талли тащил на плече похожую на миномёт железную трубу миллиметров сто двадцати в диаметре с фланцем на одном конце и загнутым под прямым углом другим концом. Я присвистнул от удивления: такие же трубы торчали над могильными холмиками.
