Докурив сигарету до фильтра, Крутл тщательно загасил окурок и убрал его в выдвижную пепельницу.
– Целый год не баловался табаком, – сообщил он и подчёркнуто взглянул на часы: – В нашем распоряжении всего пятнадцать минут.
– Может, хватит ломать комедию? – иронически улыбнулся я. – Скажите прямо, чего вы добиваетесь?
Крутл повернулся ко мне лицом, за считанные секунды приобретшим землистый оттенок. Тяжело ступая, направился в мою сторону. Я инстинктивно вобрал голову в плечи в ожидании крепкого тумака. Но вместо того чтобы вложить мне ума в задние ворота, пилот зачем-то освободил меня от наручей и поножей. Затем подошёл к круглому люку, находившемуся в переборке близко от пола рубки.
– Поди сюда, Лохмач! – негромко позвал он.
Я выбрался из кресла и неуверенно приблизился к капитану.
– Вот пульт управления выкидной капсулой, – взяв быка за рога, объяснил Крутл, открывая щиток в стене. – Это кнопка управления внутренним люком. Этот рычажок управляет выдвижением капсулы. А красный рычаг открывает внешний люк и одновременно включает катапульту. – Он заглянул мне в глаза: – Уразумел?
– Да, – ответил я. – Не беспокойтесь, сделаю всё как надо… Вы настоящий мужчина, капитан!
– Ладно, без пафоса! – Крутл посмотрел на часы и нажал кнопку привода внутреннего люка.
Послышалось шипение, крышка откинулась. Пилот передвинул рычажок, и в рубку выехал на направляющих металлический цилиндр. Крутл сдвинул непрозрачный фонарь так неохотно, будто открывал крышку гроба с подлежащим эксгумации трупом.
– Прощайте, Лизель, – глухо молвил герой, на секунду обернувшись к девушке, и, не дождавшись ответа, полез в капсулу. Его почти двухметровое тело с трудом разместилось в ней. Устроившись, Крутл коротко бросил: – Действуй, Лохмач!
– Прощайте, Крутл! – сквозь обильные слёзы крикнула девушка и горько разрыдалась.
Я надвинул фонарь и нажал кнопку управления внутренним люком. Капсула исчезла в открывшемся проёме, люк с отвратительным шипением захлопнулся. Теперь я не видел ничего, кроме большого красного рычага. Мне почудилось, рычаг зловеще усмехается мне в лицо. Секунд пять я стоял, собираясь с духом, потом зарычал как дикий зверь и резко перебросил рычаг вниз. На панели загорелась красная лампочка. Когда она погасла, я вновь вывел капсулу в рубку.
Медленно сдвинул фонарь, подсознательно желая, чтобы пилот оказался на месте, живой и невредимый. Но капсула была пуста – как гроб сбежавшего с того света мнимого покойника. Я вернул всё в исходное положение и закрыл щиток настенного пульта.
