Крутл завозился и громко сглотнул, явно намереваясь обратиться к девушке с не совсем приветственной речью. Завидовать в его положении было нечему. Я испытывал к возникшей ситуации всего лишь праздное любопытство – интересно посмотреть, как будет выбираться пилот из свалившегося ему как снег на голову дерьма.
– Мне очень жаль, Лизель, – едва не заламывая огромные, как у робота, руки, начал Крутл, – но на корабле обнаружился избыток массы. – Он оглянулся на меня, словно ища поддержки, и продолжал: – В данных обстоятельствах я не в состоянии довести корабль до пункта назначения. Тем более до системы Шафт. Вы ведь понимаете, что это значит? – с горечью в голосе мягко спросил Крутл, усилием воли заставив себя посмотреть в глаза девушке.
– А что это значит? – с подкупающим простодушием и непосредственностью огорошила его контрвопросом неподражаемая Лизель, поочерёдно разглядывая нас с пилотом.
Крутл то ли жалко улыбнулся, то ли поморщился как при введении катетера в мочеиспускательный канал.
Несмотря ни на что, я пожалел капитана корабля. Не приведи Господь вляпаться в подобную ситуацию. Она разрешается только хирургически, и сделать экстренный аборт должен сам капитан. Естественно, никто из «лишних людей» не захочет оказаться в роли космического выкидыша.
– Это значит, что я как капитан обязан удалить с корабля избыточную массу, – терпеливо разъяснил Крутл. – В противном случае мы все погибнем.
– Так удаляйте быстрее! – проронила девушка так, будто это её никаким боком не касалось, и принялась рыться в торбе. – Вы не будете возражать, если я закурю?
Квадратная челюсть пилота стала медленно отвисать. Он наливался глубоким багрянцем – точь-в-точь негодующий клубок.
– Послушайте, Лизель! – Крутл заставил себя улыбнуться. – Вы потрясающая женщина. Но клянусь, я отдал бы многое, чтобы вместо вас здесь сейчас сидел какой-нибудь космический гангстер. – Он с досадой ударил пудовым кулачищем по подлокотнику кресла. – Уж я бы ни минуты не сомневался, как мне с ним поступить!
А вот я бы ни минуты не сомневался, как поступить с самоуверенной космической «зайчихой». На месте пилота я стащил бы с неё штанишки да прошёлся вожжами по нежным ягодным местам. Правда, вожжей здесь взять было негде, да и брюки у нас с пилотом держались вовсе не на ремнях, но на худой конец для этой благородной цели сгодилась бы моя пистолетная перевязь, которую этот недотёпа запер в сейфе.
– Так здесь можно курить или нет? – вертя в изящных пальчиках длинную дамскую сигарету, повторно осведомилась Лизель.
